Сегодня придется топать всю ночь, а это вам не «бубль-гум», «вышивать» по своей территории. Здесь ни связи, ни поддержки, ни эвакуации. Если влипнем, то конец.
Больше не говоря ни слова, майор вышел из блиндажа. На обед был плов, настоящий таджикский с бараниной. Молча орудуя ложками, диверсанты с жадностью поедали плов. Волин тоже с аппетитом съел все содержимое котелка. Затем, вспомнив слова командира, взял добавку. Умолотив еще котелок жирной рисовой каши с нежной молодой бараниной, капитан ощутил себя переевшим, но это не помешало ему приняться за чай.
После обеда диверсанты принялись за «макияж». Раздевшись до пояса, они друг друга брили наголо, сверкая голыми черепами при свете коптилок.
Лебедев обмыв круглую как шар голову водой, посмотрел на себя в зеркало и, проведя рукой по щекам, буркнул недовольно:
— А шо делать с рыжей щетиной?
Тут же откликнулся на голос мичмана Ковалев:
— Я бы на твоем месте, Михал Михалыч, ее ваксой, она тогда как у абрека будет.
Волин самолично сбрил с себя остатки армейской стрижки, вымыл теплой водой голову, насухо ее вытер.
"...Одетый в старого образца общевойсковой камуфлированный комбинезон, весь испачканный бурым пянджским илом, старший лейтенант Петров, слегка сутулясь, стоял в блиндаже начальника заставы.
— Ну что, все в порядке? — спросил майор Фадеев.
— Так точно, провели еще раз разведку по всей длине коридора. Все чисто. После того как в этом районе поработали «грады», его и «хачики», и «духи» обходят стороной, — слегка заикаясь, ответил Петров.
— Ты чего, старлей, дрожишь, простыл, что ли?
— Да нет, просто нервы.
— Ну, нервы мы подлечим, как только группа перейдет на ту сторону. Ты своих архаровцев выводи на заставу. Получите по сто граммов «наркомовских» и как минимум на неделю застрянете на внутренних нарядах заставы.
— Да я про внутренние наряды сказал ребятам, радуются. Сейчас ночью в секрете холод жуткий.
— А что про группу сказал? — настороженно спросил начальник заставы.
— Сказал, что надо провести через границу группу афганских товарищей — они-де возвращаются на родину.
— И что, поверили?
— Не знаю, но больше вопросов не задавали, — пожал плечами Петров. Майор Фадеев посмотрел в глаза своего заместителя.