К этому никто из присутствующих не остался равнодушным: парень стоял и шокировано смотрел на неё, кажется совершенно не понимая, что он такого сделал и что ему сейчас нужно делать; на лице же беловолосой хамки, у которой до этого практически всегда было однотипная невозмутимость, проявилось искренне удивление; и даже рабочие, находящиеся за стёклами, видя это, отвлеклись от своей работы, пытаясь осознать, кто эти люди, почему они тут находятся и что между ними произошло.
Но больше всего поразилась происходящему сама девушка. Она, даже не сразу поняв, почему все так на неё смотрят, медленно подняла руки, аккуратно вытирая слёзы со своих щёк. И лишь увидев их на своих руках, она будто бы наконец осознала и приняла происходящее, и от этого ей вдруг стало ещё более грустно и печально на душе. И из-за этого, не прошло и несколько мгновений, как она, ещё раз обиженно посмотрев парню в лицо, расплакалась даже пуще прежнего, в конце концов спрятав лицо за руками, которыми вытирала всё непрекращающие идти слёзы.
И только после этого парень, наконец очухавшись, осторожно приблизился к ней, начал пытаться успокоить её максимально возможным нежным тоном, извиняясь за свою неотёсанную грубость. И всё же помогало это крайне мало, а парень, тем временем, явно чувствовал себя с каждым мгновением всё более дискомфортно. И желая поскорее избавиться от этого дискомфорта, он попробовал нежно приобнять её, надеясь, что это поможет.
И повторялось это ещё несколько раз, пока в один момент парню, наконец, не удалось крепко обнять девушку. Правда перед этим несколько раз он неудачно подставился под её случайные, тем не менее достаточно болезненные удары.
— Ты знаешь, где тут находиться комната для обследования?
Беловолосая девушка кивнула, сразу вспомнив, как недавно была в ней, проверяя аппаратуру.
— Тогда веди.