Наверное, не самым хорошим, раз завел интрижку со своей студенткой в то время, как его жена была беременна. А может, у них с мамой и правда была какая-то великая любовь. Неизвестно.
В любом случае отца я видела только на фотографиях. Сначала на старой фотке, которую мама достала откуда-то из документов почти перед самой смертью: там она, юная, безбожно красивая, с длинными темными косами, стоит рядом с взрослым, уверенным в себе мужчиной. А потом на фотографиях, которые мне показывал Леша. Обычные кадры из семейной жизни: вот отец учит его ездить на велосипеде, вот ведет его в школу, вот они втроем на море…"
"Судя по фотографиям, Лешка похож на отца.
– Мне пора, – говорю я брату, когда вижу, что ему уже тяжело сидеть и он понемногу укладывается обратно на кровать.
– Мама привезет, Леруня, – мягко возражает Леша.
Да, его мама…
С ней я стараюсь не пересекаться. Слишком много лишних вопросов возникло бы.
Поцеловав брата в щеку, я еще раз желаю ему удачи и выхожу из палаты. Телефон специально не достаю, вряд ли там ждет что-то хорошее.
Но это меня не спасает.
Едва я успеваю выйти за ворота больницы, как передо мной с визгом тормозит черный BMW, дверь со стороны водителя распахивается, и я вижу Дамира.
– Садись, – цедит он, глядя на меня с ледяной яростью.
– Как ты меня нашел?
– Садись, я сказал. Мы опаздываем.
Я судорожно сжимаю ремешок сумки в руках.
– Куда? Я не собиралась никуда ехать. У меня другие планы.
– Мне плевать на твои планы, – рявкает Дамир. – Через час у меня встреча с дядей. И ты там обязана присутствовать.
По спине невольно пробегает холод. Последний человек, которого я хотела бы сейчас видеть – это Рустам Сафаров. Его слова о том, что для его племянника я подстилка, которую легко заменить, до сих пор звучат у меня в ушах.
– Я не обязана ехать с тобой, – упрямо возражаю я. – Ты…
– Именно это ты делать и обязана, – обрывает меня Дамир. Его глаза темнеют, и взгляд становится жутким. – А вот бегать по утрам к другим мужикам как раз не стоит, Лера.