Но если это не она (а это точно не она!), тогда кто?
Ведь чтобы подобраться к моему компьютеру, чтобы залезть в систему безопасности и подделать видео с камер, нужен довольно высокий доступ. И случайных людей в компании на этом уровне у нас нет, они все проверены. Опять же никто из них за последние два года не разбогател, не уволился внезапно.
А еще я никак не мог понять, зачем было делать крайней Леру. Ведь кто-то постарался подставить именно ее.
Раз загадочный преступник имел такие неограниченные возможности и так свободно шарился в наших данных и системе безопасности, то все можно было сделать так гладко, что мы бы вообще не нашли концов.
Почему – именно Лера? Кому она мешала?
Думай. Думай!
Я тону в круговороте бесконечных вопросов, теорий, вариантов, когда внезапно мой мозг цепляется за одну довольно жуткую мысль. Но чем дальше я ее кручу, тем более правдоподобной она кажется. В нее укладывается и подставление Леры, и возможность прогнуть под себя службу безопасности…
Кто был категорически против моего брака с ней?
Кто был счастлив, когда Лера пропала с горизонта, и на нем снова появилась тетина племянница Мадина, которую мне давно сватали?
Кто поставил меня недавно перед фактом, что или я женюсь в ближайшее время, или мне не стать полноправным держателем акций компании?
И кто стал снова намекать на ту самую Мадину, говорить, что власть и деньги должны остаться внутри одной семьи…
Номер дяди я набираю, с трудом сдерживая рвущуюся наружу злость.
– Да? – слышу я сухой голос на том конце.
– Надо поговорить, – выплевываю я.
– Говори, Дамир, я готов тебя выслушать.
– Это не телефонный разговор.
– Тогда договорись о встрече с моим секретарем, он найдет для тебя окно в моем расписании.
– Я хочу встретиться сейчас.
– Занятно… – В голосе дяди мелькает раздражение. – Ты совсем охамел, Дамир. Сначала ты меня ни во что не ставишь, принимаешь глупые решения, бросающие тень на всю нашу семью, а потом просишь на ночь глядя куда-то нестись ради встречи с тобой?
– Я не прошу. Я требую, – стиснув зубы, говорю я.
– Мальчишка, ты в своем уме?
– Это касается слива данных два года назад. И это срочно.
Я не кричу, не угрожаю, но в моих словах звучит что-то такое, от чего дядя внезапно замолкает и перестает язвить.
– В офисе через сорок минут, – говорит он.
– Договорились.
Охранник пытается не показывать своего удивления, когда сразу двое руководителей появляются на пороге офисного здания в то время, когда ни один нормальный человек уже не работает.