— А мне показалось, что все у нее прекрасно. Цветет и пахнет.
Это ненадолго. Зря эта дура лупоглазая думает, что сумеет выйти из такой передряги безнаказанной. Очень зря. Хлебнет по полной, и никакая амнезия не поможет.
Но об этом я не говорю. Незачем. Я никого не обязан посвящать в свои планы.
— Я хочу, чтобы Тася счастлива была, чтобы жила, не оглядываясь в прошлое.
Наивная. Прошлое теперь всю жизнь будет зловещей тенью красться за каждым из нас, подстерегать за каждым углом. Только зазеваешься, и вот оно – с кровожадной ухмылкой.
— А ты?
— Я-то, что, — равнодушно жмет плечами, — у меня ни кола, ни двора. Ни семьи, ни детей. Я никому не нужна, и обо мне никто не вспомнит. Я обещаю, что не буду сбегать или прятаться. Любое наказание приму, что хочешь сделаю, только ее больше не мучай. Она теперь сама себя будет терзать и наказывать.
— Мне-то что с ее терзаний? — говорю и сам себе не верю.
— Она ведь отказалась от всего. Всю себя на закланье отдала, чтобы за Алену отомстить, — у нее срывается голос.
— Чего?
— Я не знаю.
Вскинув брови, смотрю на нее и жду продолжения. Но она молчит, а у меня самого где-то глубоко начинает шевелиться червячок страха.
***
— Без тебя разберемся.
Голос как у гребаного зомби – эмоций ноль, один хрип. Кажется, напалмом все выжгли внутри и для верности залили отравой, чтобы уж точно все сдохло. Тошнит.
Хочется заползти в какой-нибудь бар и пить до утра, пока перед глазами не начнут скакать синие черти, пока все до единой мысли не растворятся в хмельном дурмане.
Я жду, когда Змея уползет в свою нору, но она продолжает стоять, раздражая своим присутствием.
Окидываю ее взглядом, и снова вспоминаю то, с чего начинался этот звездец. Пусть волосы больше не истошно красные и элегантные наряды остались в прошлом, уступив место уличному стилю – это все та же Алекса, мой личный антисекс.
Хотя вру, звездец начался гораздо раньше — когда я встретил Алену.
Я силюсь вспомнить подробности того рокового знакомства и не могу. Потому что было никак и ни о чем. Просто девчонка, с которой можно провести несколько дней без проблем и забыть. Что я, собственно говоря, и сделал — забыл без малейших колебаний и сожалений. Наверное, забыл в первую же минуту, после того как сказал «прощай».