Посейдон из огромного водяного монстра испарился в простого большого монстра. Тоже эффективного, но все же… Это не тот Посейдон, который мог покрыть весь институт волной.
Даже при том, что он был огромным, я чувствовал, как из меня высасывается энергия. Твари были сильными, но не для меня.
Точнее, мне бы с ними было капец как тяжело сражаться. Ерх бы их рубил, но они бы восстанавливались. Но так уж удачно получилось, что у меня есть идеальное оружие против них. Болванчик и его две тысячи четыреста деталей.
Лора насчитала всего двадцать четырехруких. Судя по всему, было еще небольшое подкрепление.
— И как раз под пафосную речь директора, — хихикнула Лора. — Ну точно, герой.
Первым делом я нашел Любавку. Разумеется, мое появление не ускользнуло от врага, и один четырехрукий решил, что я буду отличной мишенью.
— Н-да… Жаль этого дурака… — вздохнула Лора.
Я решил немного покрасоваться. Увернувшись, откатился, пустил в него разряд молнии, как учил мой японский сенсей и после того, как меня заметили ребята, напитав детальки энергией, пустил четыре заряда в сердца врага.
Монстр округлил глаза, издал предсмертный возглас и упал к моим ногам.
Значит, вот как выглядит народ Валеры? Интересно.
Я добежал до Любавки. Та была немного взволнована.
— Привет! — помахал я ей рукой, как будто мы были на простой прогулке.
— Миша! — Любавка отбила своей лазерной атакой летящий в нас булыжник и обняла меня. — Я немного нервничаю…
— Ничего страшного, мы сейчас этих монстров на раз-два. Оказывается, Болванчик отлично их уничтожает.
— Да я не из-за них нервничаю… — она кивнула на Горького. — Этот дяденька меня смущает. Он все время рядом, и я не могу нормально сражаться. Приходится постоянно держать его в поле зрения… И если честно… — она зашептала: — Если бы тут не было всех этих людей, я бы закидала монстров метеоритами…
— А че, так можно было⁈ — округлил я глаза.
Но в наш разговор вмешался директор.
— Ох, Михаил, ты не представляешь, как я рад тебя видеть!
Я с удивлением посмотрел на Горького.
— Алексей Максимович… А вы изменились. Битва на грани жизни и смерти молодит.
— Что ж… Тело еще помнит… — пожал он плечами.
Тут и Посейдон появился.