— Надо готовиться к следующему бою, — сказал я. — Успеем поставить печать? Или укрепить доспех? Скорее всего, сражаться мы будем против Мики или Юлия. Эта парочка сильна в ближнем бою.
— Доспех приоритетнее, — ответила Лора. — Но не факт, что мы сможем, сам понимаешь. Это сложные навыки, у которых большой процент провала.
— Но у нас в последнее время все выходило более чем хорошо.
— Это да. Но ты хочешь провести еще одну бессонную ночь?
— Разве это не то, ради чего стоит рискнуть?
— Ладно. Но знай, что мне эта затея не нравится.
На этом мы закончили наш разговор.
Что-то не давало мне покоя. Лукас хоть и был сильным, но мне казалось, что он куда опаснее. Неужели я ошибся?
Мы доехали до отеля.
Народу у него было полно! Неужели, решили взять интервью у полуфиналиста?
Увы, так и оказалось.
Когда я вышел из машины, меня облепили десяток репортеров с камерами. Каждый наперебой задавал вопросы касательно битвы и моих планов на завтра.
— Все интервью строго по записи! — рявкнул Звездочет.
Маруся как-то за завтраком упомянула, что Алефтин Генрихович рассказывал ей в каких передачах выступал. Так что пусть развлекается.
Репортеры же, поняв, что с ним шутки плохи, моментально отступили. Уже в холле отеля замдиректора спросил, дам ли я кому-нибудь интервью.
— А почему бы и нет? — подумав, ответил я.
— Михаил, я начинаю нервничать, когда ты так говоришь, — вздохнул Звездочет. — Ладно, сколько ты можешь дать интервью?
— А что, я могу выбирать количество?
Такое со мной впервые, и я не до конца понимал всех нюансов.
— Да.
— Тогда давайте остановимся на трех. Только после ужина.
— Хорошо, — кивнул замдиректора и остался в холле с журналистами. Маша все это время находилась со мной рядом.
Когда мы зашли в комнату, она взяла меня за руки и поцеловала в губы.
— С тобой все хорошо? Ты какой-то молчаливый.
— Тебе не показалось, что Лукас оказался куда слабее?
— А может, это ты стал сильнее? — улыбнулась Маша, подходя к бару и наливая два бокала шампанского. — Давай отметим этот небольшой праздник.
— Это уже как традиция, — улыбнулся я, и мы приговорили один бокал.
И опять полетели звонки. На этот раз первым дозвонился директор института.