Уже давно на их лицах не проскальзывала улыбка или намек на веселье. Оба понимали, что разговор серьезный, как и то, что они сейчас находятся в Дикой Зоне.
— Мне же не встречались подобные создания, а жаль. Хотелось бы проверить свою силу… — он сжал и разжал могучий кулак.
— Петр Петрович, — подал голос Нахимов. — Зачем мы тут собрались?
— Хороший вопрос, Петя, — кивнул царь и посмотрел на Кутузова. — Но это больше относится к Сереже. Мне сообщили, что во время прорыва тебя спас Кузнецов?
— Да, было такое, — без стеснения признался генерал.
— Покажи мне место, где тебя нашли. В отчете говорилось, что ты лежал на алтаре… и еще с тобой было племя…
— Да, но они стали питомцами Кузнецова, — кивнул Кутузов.
К ним приблизилась стая огромных скатов и, едва оказавшись над троицей, они разлетелись в разные стороны, словно огибая неприступную стену.
— Тогда пойдем? — спросил Петр Нахимов, начиная разгонять энергию.
Его тело окружил синий свет с белыми отливами.
— Ну что ты? Куда так торопишься? — расправив плечи, сказал царь Петр и повернулся к куполу.
— Хотите закрыть метеорит? — удивился Кутузов. — Может, что-нибудь посолиднее поищем? Этот… Кажется, стоит всего неделю?
— Десять дней, — поправил царь.
Он подошел к метеориту и коснулся оболочки.
— Да… Давненько я этого не делал, — вздохнул он.
Он напряг руку и начал сжимать пальцы, словно пытаясь раздавить поверхность.
Кутузов и Нахимов посмотрели на него с нескрываемым удивлением.
— Вы же знаете, — начал царь спокойным голосом. — Что метеоритная оболочка как скорлупа — сохраняет жизнь слепому птенцу, пока он не окрепнет и не вылупится.
Оболочка пошла рябью, а земля под ней задрожала.
— Как правило, дабы не дать метеориту лопнуть, маги заходят внутрь и сражаются с еще не окрепшими монстрами. И все для того, чтобы уничтожить кристалл, который питает оболочку, — царь медленно сжимал пальцы.
Оболочка уже не напоминала купол. Скорее она походила на сдувающийся шарик, который вот-вот выпустит остатки воздуха.
— Но я все хотел попробовать наоборот, — царь повернулся к товарищам и улыбнулся. — Сначала уничтожить оболочку.
— Но это же невозможно… — сказал Нахимов с сомнением в голосе.
— Конечно, — кивнул Петр.