20 мая они отбили три штурма, и только через 5 дней японцы все же смогли прорваться в Цзиньчжоу, и полк отступил, оставив позицию. У нас в Ляояне многие рассматривали это как геройство, я же больше думал о том, как наши сами загоняют себя в угол. Потеряли такое место для обороны, открыли дорогу к коммерческому порту Дальний, который японцы и взяли через 3 дня, получив возможность подвозить припасы почти прямо под стены Порт-Артура. Ну, какое это геройство? Поражение, как есть поражение.
В моей истории после этого сбивать блокаду с Квантуна отправили 1-й Сибирский генерала Штакельберга.
— Запевай!
И роты сводного 22-го стрелкового полка 2-го Сибирского корпуса дружно грянули уже привычное. За Россию, за империю, до конца… Конечно, у нас есть шанс! А если еще и у Семена получится, то вообще все хорошо будет.
Глава 25
Стою перед самой вершиной сопки, ловлю запах пороха и что-то еще… Такое знакомое. Точно, это же петрихор — особый землистый запах, который можно ощутить после дождя. Невольно вспомнилось: петра — камень, ихор — кровь богов. А вот с чем таким важным этот запах связан, почему-то ускользало.
Да и плевать! Не до того! Пользуясь тем, что опережаем японцев, мы выгрузились на станции Вафангоу еще четыре дня назад, после этого прошли вперед, закрепившись чуть дальше, у Чудзятуня, и сразу же еще южнее, у Мяогоу.
"Насколько я помнил, после взятия Дальнего японские силы разделились. 3-я армия под командованием генерала Ноги доформировывалась на месте и должна была заняться осадой главной нашей крепости, Порт-Артура. 2-я же армия Оку в полном составе двинулась нам навстречу. Вернее, не столько нам, сколько 2-му Сибирскому, но сейчас именно от нас зависело то, как эта встреча пройдет. И первое изменение в положенный ход вещей мы уже внесли.