Постоянный холод, ветер и снег. Люди там не злые, но они никому не верят. Я много раз отвозил туда разных пассажиров, и еще ни один не вернулся обратно.
– Хотите сказать, что их там убивают?
– Скорее, сами гибнут, – покачал головой капитан.
– Местные поселенцы уже приспособились и знают, когда куда и как можно ходить, а приезжие пропадают регулярно. Нанять проводника там практически невозможно. Как я уже говорил, пришлым там не верят.
– Ценю вашу заботу, капитан, но я должен попасть на планету, – улыбнулся Кнехт.
– Что ж, дело ваше, – пожал плечами капитан. – В таком случае прошу на борт. Но предупреждаю сразу, особого комфорта от моей посудины требовать не приходится. Это грузовик, а не лайнер. Отдельная каюта, душевая и санузел. Питаться будете в кают-компании, вместе со мной и двумя моими помощниками. Это всё.
– Больше мне и не нужно. Сколько нам лететь до Спокойствия?
– Полторы недели. Придется идти в пространстве. Гиперпривод давно уже на ладан дышит, можем обратно и не выскочить, – нехотя признался капитан.
– И ускорить этот процесс никак нельзя?
– Издеваетесь? Я уже гору бумаги извел, сообщая в корпорацию о необходимости капитального ремонта судна, а они только отмахиваются.
– Что ж. Значит, эта задержка будет отнесена на счет «Созидания», – хищно усмехнулся Кнехт, поднимаясь по трапу на борт.
Удивленно посмотрев ему вслед, капитан подозвал к себе одного из матросов и, ткнув пальцем в спину пассажира, приказал проводить его до гостевой каюты. Весело усмехнувшись, матрос легко взбежал по трапу и, догнав специалиста, принялся давать указания, куда идти, даже не делая попытки помочь с багажом.
Оказавшись в выделенной ему каюте, он с мрачной усмешкой осмотрелся и, не удержавшись, презрительно фыркнул:
– Ну и убожество.
Впрочем, спартанская обстановка как нельзя лучше должна была помочь ему настроиться на предстоящую работу. Пора было отвыкать от изысков цивилизации.
Это был своего рода сложившийся ритуал, который он соблюдал из раза в раз.