А когда шарахнуло, выяснилось, что ни спасатели, ни медики, ни полиция на станцию попасть просто не могут. Все причальные шлюзы были заняты. Да еще и система вентиляции почти накрылась. Так что, пока суд да дело, пока разобрались, где был взрыв, пока поняли, что там есть газ, спасать уже некого было.
– Как это некого? А ты?
– Вот меня и спасли. Чудом. Я на тот момент мало чем от трупа отличался. Протез спас. Он у меня программируемый, так что я давно уже в него команду забил: до тех пор, пока сердце работает, он независимо от сознания пальцем морзянку выстукивает.
– А что это был за взрыв? – осторожно спросила Санни, не сдержав любопытства.
– Террористический акт. Пираты из пояса Стального Льва таким образом пытались отбить у правительства своих подельников.
– Как это? – чуть слышно охнула Санни, глядя на него огромными от испуга глазами.
– Просто. Сначала прислали ультиматум, что если их друзей не отпустят, жители империи кровью умоются. А когда поняли, что никто их слушать не собирается, устроили взрыв с использованием отравляющего газа.
– И что потом? – глухо спросила Дженни.
– А потом правительство приказало всех указанных в ультиматуме преступников уничтожить. Нет человека, нет проблемы.
– Так за что ж тогда тебя сюда сослали? – продолжала допытываться женщина."
"– Когда я пришел в себя и был в состоянии говорить, меня принялись допрашивать. И один из жандармов вдруг ни с того ни с сего ляпнул, что никакого теракта не было, и что я просто подхватил какую-то болячку на одной из неизученных планет. Сил у меня тогда почти не было, но протез работал. До глотки его я дотянулся, да так, что он едва отдышался. В общем, я его чуть не задушил. Еле оторвали. Правительству был бы выгоден такой вариант окончания расследования.
– Но какой в этом смысл? – удивилась Дженни.
– Политика. Одно дело, когда правительству предъявляют ультиматум, и спецслужбы не справляются со своей задачей по обеспечению безопасности граждан, и совсем другое, когда все произошло случайно, и можно списать гибель людей на одного неудачника. Вот я и взбесился.