– Продолжайте, прошу вас, – гостеприимно предложил араб, делая широкий жест тщательно ухоженной рукой.
Одновременно с этим он быстро подсел к столу и, не обращая внимания на гостя, с аппетитом принялся за еду. Отдавая должное свежайшим булочкам, настоящему маслу и двум видам рыбной икры, Старый Лис поймал себя на мысли, что получает от завтрака настоящее удовольствие. Уничтожив очередной бутерброд, он запил его большим глотком кофе и, откинувшись на спинку кресла, также жестом попросил слугу снова наполнить чашку.
– Я смотрю, вам пришелся по вкусу наш кофе.
– Халифатский сектор, пожалуй, единственное место во всей Вселенной, где еще не забыли, как нужно правильно готовить этот напиток, – кивнул в ответ Старый Лис.
– А разве в испанском секторе или Мексиканском Содружестве его не варят? – удивился араб.
– Варят, конечно. Но совсем по-другому, – отмахнулся Лис.
– Что ж, как ни приятен мне этот разговор, но я просто вынужден вернуться к нашим суровым будням, – вздохнул араб.
– Понимаю, но боюсь, что все ваши попытки изначально будут обречены на провал, – вздохнул Старый Лис, автоматически беря предложенную сигару.
– Почему? – тут же задал араб свой любимый вопрос.
– Вся беда в том, что нас с самого начала запихнули в тюрьму, подведомственную службе имперской безопасности. Это настоящая крепость. Я говорю исходя из того, что успел рассмотреть, находясь внутри здания.
– Сурово, – мрачно протянул араб.
– Не то слово, – вздохнул в ответ Старый Лис.
– А почему вы решили, что это именно служба безопасности? Обычно даже напавших на военное судно передают полиции, если только это не военные.
– Знаете, с годами начинаешь чуять такие службы нюхом, как собака.
– Вас разделили сразу по привозе в тюрьму? – быстро спросил араб.
– Еще раньше. Как только арестовали. Я надеялся, что они посадят нас вместе и мне удастся уговорить Исмаила принять мою линию поведения. Но русские, как всегда, все сделали по-своему. Признаюсь откровенно, я даже подумал, что нас не довезут до властей, а спустят за борт прямо на орбите.