Бесшумно подошедший к нему верховный техножрец крепости с интересом рассматривал его прикрытые первым веком глаза, пытаясь угадать, о чем он думает.
– Ты молишься, ксеноброн? – не выдержав, спросил он.
– Нет, верховный. Я благодарил дух крепости за оказанную честь и гостеприимство, которое он оказывал мне в то время, когда я и мой экипаж находились здесь, – тихо ответил Альказ, медленно открывая глаза.
– Ты благодарил его от имени своего экипажа? – удивился верховный.
– Конечно. Ведь у них самих нет такой возможности, – ответил Альказ, чуть пожав плечами.
– И ты считаешь, что духу крепости это важно знать? Что ему интересно слышать о простых боеособях? – не унимался верховный, не скрывая своего любопытства.
– Даже рядовые боеособи хотят жить. И помня о том, что предстоит империи, чем больше у нас будет живых и здоровых бойцов, тем империи будет лучше. А в этом случае благоволение такого сильного духа значит очень много, – помолчав, ответил Альказ, тщательно подбирая слова.
Не найдя, что ответить, верховный техножрец неопределенно покачал головой и шагнул было в сторону, когда резкий порыв горячего ветра едва не швырнул его на палубу. С трудом устояв на ногах, техножрец замер в нелепой позе, растерянно щелкая клыками. В иной ситуации такую позу можно было бы принять за вызов на бой, но ксеноброн был уверен, что в данную точку времени это не так. Встряхнувшись, техножрец выпрямился и, растерянно посмотрев на Альказа, тихо прошипел:
– Ты снова сумел удивить меня, ксеноброн.
– Я? – удивился Альказ.
– Ты. Впервые за все годы моего служения я сталкиваюсь с фактом, что дух крепости полностью поддерживает капитана корабля. Если дух линкора я еще могу понять, то сейчас я в растерянности.
– И что же именно вызывает у тебя такое чувство? – спросил Альказ с еле слышной иронией.
– Их единодушие. Оба духа готовы поддерживать и помогать тебе. Боюсь, для тебя это может плохо закончиться, – ответил техножрец с неожиданной грустью.
– Готов, – кивнул Альказ, чувствуя какую-то странную умиротворенность и уверенность в своем будущем.
Младшие адепты уже застелили палубу зала толстой узорчатой тканью, и все посвященные техножрецы выстроились на ней в несколько рядов.