– В армии Ксены ходит притча, что когда над нашей системой нависнет смертельная угроза, среди офицеров среднего звена появится один, которому во всех делах будет сопутствовать удача. И что он своей волей сумеет сломать все старые или мешающие ему устои. Похоже на твои дела, не так ли?
– Это просто совпадение, – растерянно протянул Альказ. – Тем более что я был не один. Рядом со мной всегда был мой экипаж и ты.
– Но они все равно верят, что это ты. Смелый, решительный, скромный, из хорошей линии потомственных офицеров.
– К чему ты говоришь это все? – не понял Альказ.
– К тому, что теперь ты должен склонить на свою сторону не только экипаж линкора. Он и так твой со всеми потрохами. Теперь на твою сторону должен встать весь пограничный флот. Только так мы сможем решить стоящую перед нами проблему.
– Какую именно? – устало спросил ксеноброн.
Все эти хитросплетения и интриги навевали на него беспросветную тоску.
– Сейчас перед всем пограничным флотом, а значит перед тобой, в первую очередь стоит одна, но очень большая задача. Понять, как бороться с аномалией, что появилась на нашей границе. И теперь я намерен спросить тебя. Что ты собираешься делать с этим?
– Есть у меня одна идея. Но для ее реализации мне потребуется помощь вашего сословия.
– И в чем именно? – с интересом спросил верховный.
– Я подумал, если наши корабли пропадают в этой аномалии без следа, то почему бы нам не попробовать запустить туда один из маленьких кораблей мягкотелых, с ними же на борту?
– И что потом? – продолжал допытываться верховный.
– Техножрецы настроят внешнюю связь корабля мягкотелых так, чтобы они могли видеть все, что находится вокруг, а мы, подойдя как можно ближе, будем принимать это изображение нашим комплексом связи. Так что даже если рабы погибнут, мы будем знать, кто именно уничтожил их.
– А если мы не сможем подойти так близко? – неожиданно спросил верховный.
– Значит, нужно взять два корабля, и использовать второй как ретранслятор, – быстро нашелся Альказ.
– Гениально, – радостно рассмеялся техножрец. – Просто и гениально. Ты действительно избранный.
– Вот только ты не повторяй этой глупости, – отмахнулся ксеноброн.
– Не вздумай сказать это при посторонних, – ответил верховный, неожиданно оборвав свой смех.