Трикотаж свободно топорщится, обрисовывая реально немаленький член. — Но когда-то мне это надоест. И тогда я буду кормить тебя своей спермой, пока ты не захлебнешься...
Резкий свистящий звук, а следом сильный удар обрывает словесный поток. Коннор замирает, нескладно покачивается и огромной тушей оседает рядом, чуть не накрыв меня собой. В последний момент отползаю в сторону, наплевав на счесанные ладони.
Саймон прорывается ко мне, пока друзья Коннора обступают его со всех сторон. А я как во сне вижу идущего к нам через все поле Топольского.
— Мари, вставай, — приятель помогает подняться и даже коленки обтряхивает, как маленькой. С благодарностью опираюсь об его руку.
Он прячет глаза, явно чувствуя неловкость от того, что не смог защитить меня от Коннора и его дружков. У меня и в мыслях нет обижаться. Кем надо быть, чтобы противостоять этому отморозку? И разве мне стало бы легче, если бы Коннор размазал Саймона по асфальту?
С трудом держусь на ногах, в голове сотней молоточков настойчиво бьется: что именно видел Никита? Неужели он слышал все эти гадости?
Меня совсем не задели слова Коннора, но мысль, что их мог слышать Ник, ослепляет, заставляет щеки гореть огнем.
"Я кажусь себе выпачканной в грязи. Словно со стороны вижу себя на коленях перед этим орангутангом. Что Ник обо мне подумал? Горькое осознание внутри подсказывает, что ничего нового.
— Извини, — слышу знакомый ровный голос, который проникает в подкорку. Бьет по нервным окончаниям. Сносит все выстроенные заслоны. Такой забытый и до сих пор все еще такой нечужой.
— Ты охуел, парень? — хрипит Коннор. — Я тебе сейчас башку сверну.
Только теперь понимаю, что ему прилетело в голову мячом. А он живучий. Меня, к примеру, это бы точно убило.
— Попробуй, — равнодушно говорит Никита, подцепляя ногой мяч и перехватывая его одной рукой, — у моей команды по времени сейчас тренировка. Так что иди тренируйся в другом месте. В следующий раз может и по яйцам прилететь. Остальных это кстати тоже касается.
Он на нас не смотрит, но я понимаю, для кого это говорится.
— Расходитесь по другим площадкам, здесь сейчас будет тренировка, — машет рукой тренер. Мы с Саймоном медленно добредаем до скамейки. Друг осматривает мои коленки и ладони.
— Пойдем в медпункт, надо обработать ранки, — говорит он, заботливо вытирая мои руки салфеткой.