И я даже чуть не падаю за борт, но Эль вовремя успевает схватить мой рукав и потянуть за себя.
Когда я говорила, что некоторые парни в школе любят насилие, я действительно имела в виду насилие. Я знала, что их бесчеловечный отбор, в котором не было ни капли морали, приводит к жертвам. Видела гематомы на многих учениках, следы избиения, красные глаза с полопавшимися капиллярами и даже переломанные конечности. Однако морально я готовилась увидеть это в понедельник, а не встречаться с этими животными лицом к лицу, когда те сходят с ума от адреналина.
А они сходят с ума. Определенно."
"В их жестоких глазах горит безумный огонь, а на губах – маниакальная улыбка. По крайней мере, у Эрика Боулмена, который чуть ли не тащит на себе какого-то смертельно бледного паренька. Я прищуриваюсь, чтобы опознать на нем следы побоев, но из-за толпы не могу сделать точный анализ.
Позади них идут Чон Хван, Аарон Кинг и всегда мрачный Кастил Сноу – единственный, чья одежда была чистой. Их движения уверены и источают пугающий контроль.
Почему они походят на монстров в таком юном возрасте?
В руке у Аарона – окровавленная клюшка для гольфа, которую он волочет по причалу, а та издает противный звук. Но это не мешает остальным студентам ликовать и встречать их, словно богов, спустившихся с небес.
Это намного ужаснее, чем я могла себе представить. До меня доходили слухи о том, какими жестокими они могут быть и как они никогда не сдерживаются, но видеть красные пятна крови – это просто отвратительно.
Меня начинает мутить. Интуиция буквально кричит, что нужно убираться отсюда подальше. Я думаю, как добраться до Эммы, хватаю Эль за руку и веду ее к лестнице, но нас чуть ли не задавливает толпа.
– Бесполезно, – стонет Эль мне на ухо, стараясь перекричать музыку. – Мы уже не проберемся к выходу.
Толпа улюлюкает, не прекращая кричать приветствия. От количества народа я чувствую, как яхта проседает, а затем начинает покачиваться, заводя мотор. О нет… Во что мы ввязались?
– Кас! Кас! Кас! Кас! Кас!
Кастил пробирается на самый нос яхты, не заботясь о том, что может свалиться в море.
«Он не может управлять столькими людьми», – наивно думаю я, а потом с удивлением наблюдаю, как все беспрекословно слушаются.
Студенты замолкают, словно их загипнотизировали. Музыка останавливается.