Я закрываю браузер, пишу записку и оставляю ее на столе вместе с подарком и алыми розами. Моему котенку вчера исполнилось восемнадцать, и, если бы не ее упрямство, я бы поздравил ее как следует. Однако эта привычка не слушаться скоро исчезнет.
Я знал про аварию. Как и про то, что она скрывает свою дату рождения от друзей, чтобы никто не сыпал поздравлениями в день смерти ее отца. Но сегодня я перепрограммировал ее софт, заменяя плохие воспоминания на ощущение удовольствия. Я до сих пор чувствую вишневый запах ее возбуждения: он еще остался на моих пальцах, и скоро я выпью его языком, когда буду есть ее сладкую киску.
Проблема в том, что у меня никогда раньше не было таких желаний.
Да, у меня было много половых партнеров, но я никогда не чувствовал такое… предвкушение. Предвкушение, похожее на пару секунд перед тем, как вскинуть ружье, прицелиться и сделать выстрел в испуганного оленя.
Мои мышцы напрягаются и пульсируют в предвкушении охоты. Перспектива погони будоражит мое сверхактивное сознание. Когда Катерина избавится от всех оков, я собираюсь дать моему котенку побегать, а затем я трахну ее, прижав к дереву.
Дерьмо. Я хочу ее. Я никогда никого так не хотел.
Телефон издает вибрацию, отвлекая меня от мыслей об убегающей Кэт.
Оливер: все готово, сэр.
Кастил: еще мне нужен билет на ближайший рейс в Нью-Йорк.
Оливер: правильно ли я понял, что мистер Сноу не должен знать о вашей поездке?
По этой причине я не хочу использовать личный самолет. Было бы странно, если бы Оливер не догадался.
Кастил: да.
Мои пальцы замирают над экраном.
Кастил: и присмотри за Катериной Рид, пока меня не будет.
Оливер: слушаюсь, сэр.
Закончив с делами, я снова подхожу к Кэт. Присев на корточки, я беру светлую прядь и вдыхаю в себя ее запах.
Пока что.
Его холодная окровавленная рука касается моей кожи:
– Ш-ш-ш, Кастил. Ты должен последовать за Оливером.
Я рывком просыпаюсь, сердце бьется в ушах.
На мгновение мне кажется, что я снова в той темной комнате, где с потолка на меня капает и капает ее кровь, насквозь пропитавшая пол.