Кто бы мог подумать, что настанет день, когда Эйден Кинг будет беспокоиться обо мне?
Я должна чувствовать себя неловко из-за безобразного плача или ненавидеть уязвимость, которую я только что продемонстрировала ему. Черт, на моем лице, должно быть, сейчас хаос.
– Привет, – говорю я, перекрывая икоту.
Его рука не перестает гладить мою спину, в то время как другая приподнимает мой подбородок. Он заглядывает мне в глаза, как будто что-то ищет.
Или кого-то.
– Ты чувствуешь себя лучше? – его голос тверд, но не резок.
Несколько непролитых слез выступают у меня на глазах, когда я киваю.
– Я напугал тебя, войдя через балкон? – осторожно спрашивает он.
– Мне уже снился кошмар, когда ты пришел, так что приступ спровоцировал не ты.
– Тогда что?
– Я не знаю. – У меня болит голова, и я ничего так не хочу, как спать.
Я отбрасываю эту мысль так же быстро, как она пришла. Что, если кошмары вернутся?
– Твои кошмары всегда чем-то спровоцированы? – Эйден все еще держит меня за подбородок, заставляя смотреть в его глаза.
По какой-то причине они не давят, как обычно, они просто… любопытные. Даже заботливые.
Может быть, именно поэтому я доверяю ему.
– Да. Доктор Хан говорит мне держаться подальше от всего, что может послужить спусковым крючком.
– Например? – подталкивает Эйден.
– Свечи. Подвалы. Тусклый красный свет. Глубина, например бассейны, пляжи и озера. Сон в темноте. – Я даже не знаю, откуда у доктора Хана этот список, может быть, он составлен из обрывков ночных кошмаров, которые я ему рассказывала.
Мои губы приоткрываются, и я, спотыкаясь, поднимаюсь на ноги.
– Черная машина!
Эйден следует за мной, уставившись на меня так, как будто опасается, что у меня снова начнется приступ.
– Черная машина. – Мой голос срывается. – На другой стороне улицы все еще припаркована черная машина?
– Нет.
– Откуда ты знаешь?
– Я припарковался на другой стороне улицы, но там не было никакой черной машины.
Я медленно отдергиваю занавески на балконе. И действительно, «Феррари» Эйдена припаркован через дорогу, его красный оттенок горит в свете фонаря.
Никакой черной машины.
Я вздыхаю и снова принимаю сидячее положение на кровати, заправляя непослушные пряди волос за уши. Мои глаза ощущаются опухшими.
У меня заложен нос, и я чувствую себя ужасно. Я не хочу, чтобы Эйден видел меня такой.
– Вообще, что ты здесь делаешь? – Я забираюсь под одеяло, пытаясь скрыть свой растерянный вид.
Хитрая усмешка трогает его губы, когда он садится рядом со мной.