Бездонные, пугающие, с алыми искорками, вспыхивающими на дне зрачков.
— Тебе плохо? — он обеспокоенно вгляделся в ее лицо. — Ты очень бледная.
Она с трудом вымучила улыбку:
— Какое это имеет значение?
Взгляд мага тут же потух, голос стал холодным и безразличным:
— Ты права. Никакого.
Взял кольцо, протянутое императором, и надел на палец невесте.
Дея только сглотнула, когда рука Йеванна железной хваткой сжала ее запястье. Кольцо скользнуло на палец — и будто пропасть разверзлась.
— Теперь твоя очередь, — прохрипел маг, пытаясь не выдать эмоций.
Сунул ей в руки второе кольцо, поувесистее.
Кусая губы и стараясь не смотреть ему в лицо, Дея трясущимися руками нанизала кольцо на подставленный палец. Случайно коснулась тыльной стороны кисти супруга и, будто обжегшись, отдернула руку.
На лице Йеванна появилась кривая ухмылка:
— А теперь — поцелуй.
Не давая ей время опомниться, схватил за плечи и притянул к себе.
Дея забилась пташкой в его руках, пытаясь сохранить последний заслон. Последние капли гордости.
Губы Йеванна прижались к ее губам. Сухие, жесткие и… равнодушные. Совсем не такие, как этой ночью. В них не было страсти или желания. Он не пытался смягчить или углубить поцелуй.
Руки мага разжались. Задыхаясь, Дея отпрянула от него, прикоснулась дрожащими пальцами к губам.
— Вот теперь все, — произнес он бесцветным голосом и поднялся с колен.
Протянул ей ладонь:
— Вставайте, миледи.
Она замерла, глядя на него снизу вверх.
Вот и все, теперь они муж и жена. Теперь она его собственность, пока смерть не разлучит их и венчальные кольца не лопнут.
Йеванн внезапно нагнулся. В его глазах вспыхнуло бешенство:
— Смерть вам не поможет, миледи. Вы уйдете вместе со мной.
А потом схватил ее за руку и рывком вздернул на ноги.
* * *Домой они ехали молча.
Дея видела, как Венарий передал Йеванну запечатанный конверт, но не стала спрашивать, что это было. Она хотела подумать.
То, что случилось в храме, оставило странный след. Не сам ритуал, не внезапно ответившая богиня или ее благословение.
В тот момент, когда Дея прикоснулась к сияющему алтарю, в нее словно что-то пошло. Некая искорка, огонек, который умостился внутри, разлился легким теплом и вовсе не собирался гаснуть.
Это не пугало, но настораживало.
Праматерь сказала, что это подарок. Но мир знает множество случаев, когда подарки богов оказывались проклятьем.
Если бы она только знала, что хотела сказать богиня!
— О чем ты? — голос Йеванна вывел ее из задумчивости.