— Вещи мои… не знаешь, где они?"
"Понимаю, что он имеет в виду те самые вещи, которые были на нём в тот роковой день, когда произошла авария, но включаю дуру.
— Какие? Те, что были на тебе в момент аварии? — Кивает.
— Они мне нужны.
— Что именно тебе нужно из них? Просто от тех твоих вещей практически ничего не осталось, — вру. — Штаны, как я поняла, порезали, когда тебя готовили к рентгену, рубашку тоже…
— А пиджак… — перебивает, и в его голосе слышится нетерпение. — Пиджак…
Выдерживаю паузу, делая вид, что вспоминаю.
— Пиджак… А, да, пиджак есть. Его мне отдали.
Вижу, как его глаза загораются, и чувствую, как напряжение в комнате нарастает.
Лицо его заметно меняется, оно становится сосредоточенным, почти тревожным. Очень тревожным, я бы сказала…
— Там должны были быть документы… Паспорт мой, — произносит он, едва дыша.
Меня так и подмывает рассмеяться, глядя на его взволнованную физиономию, но я, естественно, сдерживаюсь.
«Помучайся, ничтожество», — думаю про себя, продолжая делать вид, что вспоминаю.
Да, наверное, я плохой человек, но что поделать, если мне его ни капельки не жаль теперь?
Как быть, если всё, что я когда-то испытывала к этому человеку, теперь умерло?
Когда правда его реальной жизни стала для меня открытием, и я узнала, кем он является на самом деле, всё изменилось.
Теперь я смотрю на него другими глазами, и чувства, которые остаются во мне — это пустота и отторжение собственного мужа.
Он ведь понятия не имеет, через что мне пришлось пройти, когда я впервые увидела ту запись.
Запись, где к нему пришла его подстилка, где они вдвоём обсуждают, какие усилия он приложил, чтобы сохранить всё в тайне, чтобы не выдать себя.
Боль моя глубоко внутри, но это временно, потому что я сделаю всё, чтобы он понял, каково это — чувствовать себя преданным, обманутым, раздавленным.
Я совершенно точно помогу прочувствовать это всё в полной мере.
— Да, паспорт был, — киваю. — Паспорт мне твой отдали.
— Кто?
— Что, кто? — будто не понимаю.
— Кто отдал?
— Не помню.
— А кроме паспорта там ещё что-нибудь было?
Естественно, он очень волнуется. Ведь кроме паспорта там были ещё и билеты на него и его Аннушку.
Глава 35
МИХАИЛ
— Развлёкся! Вот дерьмо, ну как так-то⁉ Какой же я идиот!
Говорю тихо и растираю быстро руками лицо, лёжа один в просторной палате на больничной койке.
Глядя на свои забинтованные ноги, не понимаю, что теперь делать. Просто ума не приложу.