Конопатость такое впечатление создает, что ли? Сухощавый, жилистый, под полой свитера вижу очертания рукоятки большого пистолета."
"– Итак, чем могу? – прервал я молчание.
– Что у вас тут за кутерьма со стрельбой непрерывная? – спросил Кузьминок. – Нет, я читал все протоколы, просто ваше мнение интересно, если честно.
– Все на поверхности, – пожал я плечами. – В доме был тайник, остался от роты дальней разведки Патруля. Там же злодей командовал, верно?
– Верно.
– Где тайник – никто точно не знал, на то он и тайник.
– Трупов шесть, – сразу поправил меня Кузьминок.
– Ходоки? – сообразил я.
– Именно. Все из числа шпаны с Северной окраины. Одного опознали, а с того уже раскрутили. Все исчезли как раз в тот день.
– Ну-у… – протянул я, – Лиге надо отдать должное за такое упорство.
– А это упорство никуда и не денется, они до вас все равно дотянутся. – Кузьминок посмотрел мне в глаза.
– Зачем им это?
– Вы карту смотрели?
– Разумеется, – не стал я скрывать. – Любопытство не порок и вовсе не свинство.
– Согласен. – Он даже кружкой мне отсалютовал.
– Я ее не помню, глянул бегло – и все. И сразу решил вам отдать.
– Это не суть важно. Если видели, то помните. Есть специалисты, они даже у мертвых память откачивают, а у живого человека, который что-то видел совсем недавно, – никаких проблем. Вы не помните, а мозг помнит.
Я посмотрел в кружку, словно желая спроецировать карту на поверхность пива, затем глянул на собеседника.
– И чего в этой карте такого?
– Историю, что прилагается к этой карте, слышали?
– Более или менее.
– Заваруха была тогда большая. Группа Креста должна была заложить алхимические заряды в отмеченные точки.
– Насчет этого я догадался, – усмехнулся я. – Если есть пять бомб и пять точек на карте, то как бы соединить точки уже нетрудно.
– Там самое важное – детальное, чуть ли не до сантиметра, определение места закладки. Кстати, а никакого амулета вы в тайнике не находили?
– Амулета? – озадачился я.