Хмель и Клондайк

– Зайду, – пообещал я, отсалютовал на прощанье граверу и отправился домой.

Иван Грачев прекрасно справлялся в баре и без меня, поэтому я отдал ему счет-фактуру по заказу на солод, а сам спустился в подвал привести в порядок свое несколько запущенное за последние дни хозяйство. Проверил температуру, слил из цилиндрических баков дрожжевой осадок, отнес ведро с ним в холодную комнату.

После этого начал разливать по пластиковым бутылкам партию IPA, что в примерном переводе звучало как «индийский светлый эль».

Первоначально этот стиль пива, крепкого и очень сильно охмеленного, варили специально для британских колониальных войск в Индии, а впоследствии он стал еще светлее и даже более горьким. Мне оно нравилось ароматом, но зачастую от горечи немел кончик языка, поэтому готовил его исключительно под заказ.

Вскипятив на печи сахарный сироп, я шприцем-дозатором распределил его по литровым бутылкам, благо их было всего двадцать пять, и принялся сливать пиво через врезанный в стенку бака кран.

Наполнял пластиковую бутыль, сдувал остатки воздуха, закручивал крышку, брал следующую. Размеренно и спокойно. Это не с автоматом наперевес по сугробам бегать. Благодать.

Но пиво вскоре кончилось, я унес бутылки в другое помещение, потом слил дрожжевой остаток в помойное ведро, поскольку из-за «сухого» охмеления, то есть добавления части хмеля напрямую в бак, повторно использовать его не представлялось возможным.

После этого поднялся в бар и немного постоял за кранами, заодно попросил у тети Маши разогреть колбасок.

Когда она принесла тарелку, отрезал хлеба, налил чаю и поднялся к себе. До окончания рабочего дня Ирины оставалось еще три часа, поэтому я спокойно перекусил и достал приобретенный у Николая револьвер. Выглядел «таурус» весьма солидно, весил прилично и при этом очень даже неплохо лежал в руке, а еще его боковину покрывали руны, препятствующие блокировке с помощью заклинаний. То, что доктор прописал.

Единственной проблемой оставались немалые габариты.

В карман он помещался плохо, к тому же цеплялся при извлечении курком, а если приспособить на пояс кобуру, то всякий раз придется задирать куртку. А это время.

Порывшись в вещах, я отыскал небольшую сумку на ремне, который можно было перекинуть через плечо, и решил первое время носить его так. Револьверные патроны сорок пятого калибра убрал в отделение на молнии, в барабан вставил пять гладкоствольных с зажигательной картечью.