Позвоните на опорник.
До бойцов Патруля факт нашего существования точно довели, я выяснял, так что удивления какого-то быть не должно.
– А если они…
– Уважаемый, – уже рыкнул я. – Документ проверили? Вызывайте патрульных.
Бородатый сокрушенно покачал головой, явно раздосадованный таким неуважением к его ответственному посту, но все же потянулся за телефоном. А затем медленно набрал четыре цифры. Дождался ответа, потом громко, словно опасаясь, что на том конце провода глухой, крикнул:
– Опорный пункт, да? С Ка-Пэ-Пэ беспокою, Ванюшин, значит.
Я с абсолютной четкостью представил, как собеседник Ванюшина сейчас скажет грубость и бросит трубку.
– Ванюшин, мне трубку дай! – протянул я руку.
Ванюшин даже отвернулся, закрывая трубку собой, и гордо ответил:
– Не положено! Это телефон поста!
– А ну быстро сюда трубку, рядовой, а то я тебя с постом вместе упраздню! Под трибунал пойдешь! Выполнять скачками!
На Ванюшина, я думаю, на этом КПП отродясь никто не кричал, потому что он заметно обиделся и молча сунул мне трубку, стараясь при этом смотреть в другую сторону.
"– Я старший инструктор учебного центра Патруля Гордеев, – сразу представился я в трубку, как бы случайно потеряв слово «резерв». – Находимся здесь по служебной необходимости.
– Сержант Синицкий, дежурный по опорному пункту, – ответила трубка хриплым голосом. – Вы у КПП?
– Да. И хотели бы, чтобы вы сюда подъехали, так проще будет.
Дверь в КПП распахнулась, и сюда ввалились двое с улицы, явно привлеченные шумом. Я поднял ладонь, величественно требуя соблюдать тишину, и они прямо на входе замерли как вкопанные.
– Сейчас прибудем с машиной. Две минуты.
– Ждем.
Ванюшин разговор слышал, и сейчас его явно уже распирало от любопытства. Но я объяснять ничего не стал, все равно скоро все сам узнает, и просто протянул ему трубку через окошко. И вышел на улицу.
Защитного цвета «буханка» с надписью «Патруль» вылетела из-за поворота, фырча двигателем, подлетела к воротам, цепь перед ней опустилась. Я махнул рукой, привлекая внимание водителя, и показал на наши машины.