– Тетя Юля спрашивает, повезем ли мы с собой шампанское?
– О, господи, – пробормотала Нина Павловна, вмиг становясь озабоченной, – без меня никто ничего не соображает! Что за дом?! Иду!! – так громко завопила она, что Кирилл вздрогнул и сверху вниз посмотрел на нее. – Иду, Сережа!
Возле старой сирени толпились какие-то незнакомые барышни в парадных туалетах. Как по команде они повернули головы и уставились на Кирилла. Он кивнул, маясь от неловкости. Некоторые барышни кивнули в ответ, другие сделали вид, что ничего не заметили, но все продолжили изучать его.
– Терпи, – посоветовала Нина Павловна весело, – деваться все равно некуда.
– Это точно, – пробормотал Кирилл себе под нос.
На крыльце по обе стороны двери в двух высоких вазах стояли гладиолусы, обе створки были распахнуты настежь, в доме метались какие-то люди, пахло духами, сигаретным дымом и свежескошенной травой.
– Здорово! – сказал Сергей, выходя из боковой двери. – Мы уж было решили, что ты сбежал.
– Я не сбежал, – возразил Кирилл и, засунув под мышку ценный портфель и придерживая подбородком огромный букет, пожал протянутую руку.
– Где ты проспал? – изумился Сергей.
– Юля! – воскликнула на кухне Нина Павловна. – Неужели нельзя было сообразить вынуть шампанское из морозилки?! Теперь все замерзло! Один лед!
– Ничего не лед, – отвечала невидимая Юлия Витальевна, – как раз хорошо охладилось.
– Да оно не охладилось, оно замерзло! Зося Вацлавна! Зося Вацлавна! Это все шампанское, что у нас есть?
– Когда это кончится? – пробормотал Сергей себе под нос.
– Никогда, – ответила Света за спиной у Кирилла, – приехал наконец!
– Привет, – Кирилл посторонился, пропуская ее. Она шла очень осторожно, в руках у нее был поднос, уставленный разномастными хрустальными фужерами.
– Почему я должна быть официанткой? – спросила Света плаксиво. Ее супербюст был упакован в бежевый атлас и выглядел сногсшибательно. – И вообще все это никому не нужный бред! Сходили бы в ресторан, как все люди!
– Что тут за толпа? – спросила деловитая пожилая женщина, появляясь со стороны гостиной.
– Как – через пятнадцать минут? – переспросил Кирилл с ужасом.