Хроника гнусных времен

 – Уже через пятнадцать минут?!

– Ну да. У вас есть во что переодеться? И, может, быстро дать вам чаю? За стол еще не скоро. Сережа, найди свечи и возьми у меня корзину. Ее нужно поставить в машину к Диме.

– Хорошо, Зося Вацлавна.

– Так дать чаю?

– Лучше мышьяку, – пробормотал Кирилл, и тут на лестнице показалась Настя.

– Ты с ума сошел! – крикнула она и с середины лестницы кинулась ему на шею. – Я чуть не умерла, пока тебя дождалась!

– Настя, это неприлично, – заявила с порога кухни Юлия Витальевна и опять там скрылась.

– Господи, почему ты в джинсах?

– А что, я должен семьсот километров ехать в смокинге?

– Ты что? Сердишься?

– Нет, – сказал он, приподнял ее за бока и еще раз поцеловал. Зеленые глаза, которые она не закрыла, были совсем близко. – Я что-то волнуюсь, – прошептал он ей на ухо.

– Тебе есть во что переодеться? Светка, не кури тут, иди на террасу! Ты знаешь, Соня продала ожерелье.

– Неужели?

– Ну да. Она сказала, что продаст его первому, кто захочет купить, и не стала торговаться. И продала.

– Она просто дура, – сказала Света громко, – это ужасно, так продешевить! Ей говорили, что оно стоит около ста, а она продала за шестьдесят. Ну? Не дура?

– Светка, замолчи! Кирилл, иди переодевайся! Ты уже давно должен уехать! Где твой костюм?

– В машине. Насть, – сказал он быстро, – мне сначала нужно увидеть Соню. Можно? Или она стоит голая посреди комнаты?

– Зачем сейчас? Господи, ты ее только расстроишь! Мама, подожди, я тебя сама накрашу. Зося Вацлавна, свечи нашли? Кирилл, иди за костюмом.

Мы сейчас опоздаем!

– Настя.

Она замолчала на полуслове и уставилась на него.

– Пошли, – велел он и потянул ее к лестнице, – мне нужно поговорить с Соней. Давай-давай. Пошли.

– Слушай, – засмеялась она, – я понимаю, почему твой бизнес процветает. Отвязаться от тебя невозможно.

– Ты очень красивая, – шепнул он, когда они поднялись по лестнице и оказались как бы над эпицентром тайфуна, – я не ожидал, что ты окажешься такой красивой.

– Это что? – спросила она подозрительно. – Комплимент?

На ней было узкое нежно-зеленое платье до пола.

Кирилл ничего не понимал в женских платьях, но это было самое выдающееся из всех, что он когда-нибудь видел. И жемчуг на стройной шее был на удивление кстати, и волосы подняты вверх и заколоты как-то необыкновенно, и глаза были как у лесной колдуньи – огромные, зеленые, страшные.

– Что мне делать? – спросил Кирилл жалобно. – Как жить?

Она засмеялась и поцеловала его."

"– Хорошо, что я еще губы не накрасила.