– О, а вы уже с ним познакомились? – Марго достала из шкафа миниатюрные весы и футляр, в котором оказались двенадцать гирек, расположенных в два ряда возле пинцета.
– Было дело, – обтекаемо ответила я, наблюдая, как хозяйка трактира проверила, что с губок пинцета не отвалились бархатные накладки. – А серебряный лом купите?
Марго, наконец, уравновесила содержимое мешочка и на счётах перебросила несколько костяшек на деревянных счётах: – Естественно. Аметист неплох, даю за него шестьдесят пять серебряных и восемьдесят четыре медных.
Тут будет реклама 1
Это уже с учётом вычета моей доли. И чего же от вас хотел молодой Вербер? Вернуть утраченные земли?
– Информация за информацию."
"Усмехнувшись, Марго убрала лом и камень в большую деревянную шкатулку, стоящую на столе, и достала из неё мешочки с монетами: – Торг равноценный, учитывая, что пообщаться с племянником Эгона как-то ни разу не доводилось, да и вряд ли он сюда явится.
– Почему?
Глава 39. Проклятые женщины Вангеров
– Леонард – младший брат Эгона, крайне негативно относился к образу жизни наследника рода Вангеров, считая, что в первую очередь необходимо позаботиться о сохранении благосостояния семьи, продолжении рода, а не собственных удовольствиях.
Тут будет реклама 2
Соответственно, наличие любовниц и отсутствие жены считал недопустимым. Нет, в чём-то Леонард был прав, но слишком уж правильным он был, прямо до скрипа в зубах, а это уже нехорошо. Такие люди... Они как будто мёртвые, ненастоящие, словно куклы механические.
Тут будет реклама 3
Я такие игрушки на ярмарке видела. А общем, Леонард считал, что все беды Эгона от женщин: сперва влюбился не в ту, потом совсем вразнос пошёл вместо того, чтобы выбросить из головы своё неудачное сватовство и просто жениться на подходящей в супруге девушке из аристократической семьи. А женщин из семьи Альвенхофов предлагал сторониться. Впрочем, и Вербер – тоже, считая их проклятьем рода Вангер.
– Почему?
Марго с нескрываемым интересом посмотрела на меня, словно пытаясь понять, шучу или вполне серьёзна.
Тут будет реклама 4
– Эгон в своё время влюбился в вашу матушку, Аделину Альвенхоф, но ваш дед был против, посчитав её слишком юной для брака и предложив остановить выбор на её старшей сестре – Сельме. Главы обоих родов договорились об этом браке, несмотря на возражения наследника Вангеров, которому на тот момент уже перевалило за тридцать. Но договорённость была достигнута между отцами, и их дети ничего не решали.
