Сейчас вид у него был насмерть перепуганный. Несколько раз он спотыкался и едва не падал. Генри проводил его взглядом.
Менеджер среднего уровня сумел удержаться на ногах, но на полпути к двум составленным вместе полутрейлерам все же поскользнулся и покатился кубарем. Планшетка выпала из рук и лихо покатилась по дорожке, как маленькие санки для гномов.
Генри громко зааплодировал, но сообразив, что его вряд ли слышно за оглушительным грохотом, приложил ладони рупором ко рту и прокричал:
– Подстава! Фаворит сбился с круга! Фотофиниш! Требуем фотофиниш!
Менеджер поднялся, не глядя на него, подхватил планшетку и в том же темпе потрусил к трейлерам.
Ярдах в двадцати от Генри стояла компания из восьми-девяти человек. Один из них, тучный малый в оранжевом пуховике, делавшем его похожим на тестяного человечка «Пилзбери»[55], направился к нему.
– По-моему, вам не стоило этого делать, приятель. – Он помолчал и понизил голос. – Они пристрелили моего зятя.
Да. Генри прочел его мысли. Зять толстяка, тоже не худышка, визгливо рассуждавший об адвокате, о своих правах, работе в бостонской инвестиционной компании.
Дородный мужчина с бледным искаженным лицом пересказывал все это Генри, но тот перебил его:
– Как считаете, что они намереваются сделать с остальными?
Шокированный собеседник вытаращился на Генри и отпрянул, словно боясь заразиться.
– Вы ведь это не всерьез? – спросил толстяк. И добавил, почти просительно: – Слава Богу, мы в Америке.
– Неужели? И с вами, разумеется, поступают по закону?
– Они просто… Уверен, они просто… – Генри с видимым интересом ждал продолжения, но его не последовало.
Из составленных вместе трейлеров появились двое санитаров с носилками. За ними с видимой неохотой следовал менеджер среднего уровня, крепко зажав под мышкой неизменную планшетку.
– Похоже, вы все правильно поняли. – Генри вместе с толстяком наблюдал, как люди с носилками поднимаются по ступенькам «виннебаго».