— Наверное, хватит? — скромно пытаюсь убрать ногу.
— Здесь никого нет, что ты смущаешься? — вдруг улыбается он.
Что я смущаюсь? Действительно, у меня же нет ну совершенно никакого повода. Только вот какое дело, не привыкла я, чтобы меня трогали совершенно чужие мужчины. Тем более такие шикарные, как Жора.
А ему, похоже, нравится… Или мне показалось?"
"В самом деле, не может же ему правда нравиться. Что приятного в том, чтобы делать массаж, тем более в такой неудобной позе. И тут в моей голове находится весьма логичное объяснение — просто Жора хочет, чтобы я докупила еще персональных тренировок.
Глава 7. Моя Царица
Геворг
Смотрю на мою несравненную Царицу, на то, как она стыдливо покусывает губу, и млею от удовольствия.
До чего хороша, чертовка! Чудо женщина, вся такая округлая и мягкая на ощупь. А эти зеленые глазищи! А грудь…
С трудом заставляю себя поднять взгляд выше. В самом деле, что я, мальчик, что ли? Женской груди никогда не видел, не щупал? Хотя, пожалуй, такой — нет.
Какая у нее нежная кожа, так бы и продолжал трогать.
Прохожусь пальцами по второй ноге Царицы, и она снова издает свой фирменный полувздох-полустон.
Женщина, ты зачем надо мной издеваешься? Я ведь не железный, хоть с виду и не скажешь.
Сегодня же вечером хочу перейти к более близкому знакомству с моей Царицей.
Любят женщины все усложнять, медом не корми, дай потянуть кота за хвост.
Надеюсь, Инга не такая…
Впрочем, скорей всего, именно такая. Вон как старательно сводит ноги, будто я прямо сейчас хочу стащить с нее спортивные штаны, или как их там девчонки называют? Вспомнил — леггинсы, будь они неладны.
Серьезно, зачем женщины их носят? По-моему, единственным поводом надеть что-то подобное может быть желание, чтобы с тебя это стянули.
Ладно, позже решу, будет у нас с ней сегодня свидание с продолжением или без.
— Дай руку, — прошу ее.
Присаживаюсь рядом на лавку, разминаю ее руки.
На все про все у меня уходит минут двадцать, не больше. Но что за волшебные минуты! Пожалуй, лучшее, что со мной случилось за эту неделю.
— Ты профессиональный массажист? — вдруг спрашивает Инга.