В его руках два стаканчика кофе, как у Ветрова и подойдя поближе они угощают меня и маму, — Нормальный мужик оказался этот Косницын, так что я просто решил вопросы с ним напрямую, без посредников, — озвучивает Туманов, вынося вердикт в этом неизвестном разговоре, который спешл фо мы никто не пересказывает. Даже бровью в нашу сторону не ведет, будто ничего не случилось. Будто не он вот только недавно, сколько тут прошло-то, не смотрел на Ветрова цербером! А мне его, родного брата, вот честное слово, прибить хочется.
Они общались всего ничего, но уже за это время во взгляде и тоне разговора Влада к Макару все-равно замечаю куда больше уважения, чем к Артему. Почему? И как это Ветрову удается? Он поступил погано, а отторжения он даже у меня не вызывает в отличии от… Короче… Постоянно себе напоминать приходится, что это тот самый злой колдун Макар Ветров и что именно им пугают детей!
— Все хорошо? — брат, закончив дружескую беседу с тем, с кем должен был стреляться на дуэли за честь сестры, делает шаг к маме, отводя её в сторону и мы остаемся вдвоем.
Пальцы того самого злого колдуна приподымают мое лицо и спустившись ниже, к спине, подталкивают к сильному мужскому плечу. А я, выдохнув и сдавшись, укладываю на него голову. Белль ведь тоже влюбилась в чудовище…
Стоп… Тоже?
— Устала? — это звучит слишком заботливо для насыщенных эмоциями нескольких часов, — В больнице никого не оставят, мы узнавали.
В согласии качаю головой, потому что оставаться действительно не имеет смысла. Особенно после истории про яблоньку и позитивные прогнозы врача. Но голову от плеча не отрываю. Слишком уж хорошо и спокойно мне тут, под крылышком…
— Макар, — обращается к нему мама, — Вы же учились на юриста, верно? Как оказались проверяющим? Разве этим не должны заниматься бухгалтера?
— Это так, Кристина Викторовна, — отвечает, и ничуть не смущаясь поглаживает мои волосы, словно всегда так делал, — но слишком серьезные контракты заключаются в этой сфере, чтобы проверять только математику, — мама увлеченно слушает.