Что мне с того!"
"— Доброй ночи, господа, просим простить за заминку. Вы определились с заказом? Чего вы желаете отведать? — приторно вежливым голосом обратилась я к мужчинам.
Подвыпивший маг, подняв на меня мутные бордовые глаза, простонал:
— Суп любой!
Я еле сдержала ехидную реплику. Это же как упиться нужно, чтобы языком не ворочать. Я внимательней рассмотрела страдальца и поняла, что тот не пьян, у него банальное сильное похмелье, которое он, по всей видимости, желал снять
— Могу я предложить вам щи с кислой капустой и нарезку из малосольных огурчиков и бочковых помидорчиков? — вежливо обратилась я к болезному.
— Неси, — страдальчески простонал он и уткнулся носом в стакан.
— Еще у нас есть замечательный кисломолочный напиток, снимающий головную боль, — закинула удочку я. Правда не стала уточнять, что в сочетании с огурчиками солеными он давал неожиданный эффект. Хотя кишечник чистить тоже порою нужно. Так что этому страдальцу только на пользу пойдет. Времени, чтобы упиваться до такого состояния меньше будет.
— Тоже неси, — выдохнул мужчина. — Все неси, что помочь сможет.
О, как прекрасно! Я тебе принесу, миленький, и кумыса, и щи, и огурчиков, и крольчатину диетическую. Я тебе такой банкет устрою. Только про чаевые не забудь, родной!
— А мне что посоветуешь, красавица? — нахального вида маг с печатью огневика взглядом оценивал габариты моей пятой точки. Взяв свободный стул, я ловко поставила его между собой и мужчиной. Намек он понял.
— А вам, господин, могу предложить наваристую солянку с румяными чесночными пышечками и вкуснейший шашлычок из баранины, пожаренный на углях.
Расписав самое дорогое мясное блюдо, что подают в нашей таверне, я выжидательно уставилась на огневика. Заглотит наживку или нет?
— А давай, давно я баранинкой не баловался. Подавай и солянку, и мясо, и салатик какой.
— Прекрасный выбор, господин, — просияла я.
Салатик ему… Ну, это мы запросто. У нас еще со вчерашнего дня винегрет остался. Фаяр сказал втюхивать его всем растяпам. Если пропадет, нас не похвалят за такую нерасторопность.
— Что изволите, господин? — обратилась я к ведуну, смотря поверх его светловолосой головы. Встречаться с ним взглядом не хотелось. Я и так знала, что я там увижу. Пренебрежение и брезгливость. Мол, стоишь тут ведьма — наш род позоришь. Слышала я уже подобные заявления, летящие мне в спину.