И так стрелы летят в сантиметрах над крутящимися пращами. И вражеские тоже прилетают, пусть и в небольшом количестве. Легким пращникам не составляет труда уклониться от стрел, хотя есть исключения: два получили ранения, отходят за фалангу. Пикинеры расступаются, пропуская их. У одного рана в голени. Он выдернул стрелу, благо у фригов нет зазубрин на костяных наконечниках, и забил на кровь, которая заливает ступню сверху. Второму попали чуть ниже правой ключицы, зажал рану левой рукой, и между пальцами просачивалась кровь.
Нервы у наших врагов оказались крепче, чем я думал, но и у них терпение закончилось. Вроде бы урон лучники и пращники наносят небольшой в сравнение с общим количеством воинов. Что такое для многотысячного войска гибель сотни человек, даже трех сотен?! Сущая ерунда! С другой стороны, комар тоже высасывает из нас всего маленькую капельку крови, а тратим энергии на то, чтобы убить его, столько, словно мстим за литр. То ли лучники или пращники попали в какого-то знаменитого командира, то ли просто накопилась критическая масса раздражения, фриги сорвались с места и понеслись в атаку, причем так быстро, что умудрились поразить дротиками несколько пращников.
Пешие воины с метательным оружием пока что не в чести. Их считают трусами, не способными на бой лицом к лицу, тело в тело, кость в кость. С особым презрением относятся к пращникам, которые гибнут очень редко. Даже в случае проигрыша они успевают убежать, потому что без доспехов и тяжелого оружия. Высыпать камни из сумки — пара секунд.
Лучники успели отбежать и уцелели все. Гнались за ними не долго. Видимо, у фригов была договоренность сражаться от обороны, поэтому остановились метрах в пятистах от нас. Главное, что спустились со склона, вышли на поле. Теперь им будет легче двинуться дальше. Пока не хотят, ждут, что мы пойдем в атаку. Раззадоривая моих воинов, кричат что-то, наверное, хвалебное, показывают разные понятные жесты. Самое забавное, что жесты эти у всех народов и во все века похожи.