Успел до того, как ко мне подошел посыльный от сына фараона — юноша примерно такого же возраста, что и стукач. Мне сейчас ненамного больше, но поверить в это мешает громадный житейский опыт.
— Тебя зовут, — произнес он таким тоном, точно судьба моя уже решена, и решение это прискорбно.
Сети сидел на стволе упавшего дерева, на который положили большую красную подушку. Рядом с ним стояли приближенные, а чуть дальше и выдвинувшись вперед — телохранители-нубийцы, рослые и крепкие, с блестящими от пальмового масла телами.
— Мне сказали, что ты захватил чужую колесницу, — спокойно и даже как-то равнодушно произнес Сети.
— Я отбил ее у врагов, а друзья бывшего владельца, бросив его на поле боя умирать, удрали, — сказал я в оправдание. — Моя добыча принадлежит фараону — долгих лет ему жизни и крепкого здоровья! — и пусть он распорядится ею, как сочтет нужным.
Потом понял, что ляпнул лишнее, потому что и сын фараона удирал вместе с этими друзьями, а также имеет право распоряжаться добычей, потому что командует нашим отрядом.
Накрашенные глаза Сети уставились на меня, не мигая.
— Это ты стрелял из лука, когда все удирали? — спросил он спокойным голосом, тоже показавшимся мне змеиным, хотя змеи шипят, а он произносил согласные твердо.
— Да, — подтвердил я. — Израсходовал все стрелы из двух колчанов. Они были длиннее ваших и с бронзовыми наконечниками, делались на заказ и обошлись мне не дешево.
— Колесница твоя, — решил наследник престола и посоветовал: — Можешь продать ее и купить новые стрелы.
"— Продам старую и куплю стрелы, а на этой буду воевать под командованием такого мудрого полководца! — лизнул я.
Придворный, ровесник Сети, стоявший слева от него, наклонился и что- то прошептал ему на ухо.
— Это ты подсказал, как захватить Гезер? — спросил наследник престола.
— И Гезер, и Ашкелон, — ответил я.
— И у тебя вовремя сломалась колесница, — сделал он правильный вывод.