Народы моря

У многих бронзовые шлемы с бычьими рогами или корона из бронзового обруча с щеткой из покрашенных в красный цвет, конских волос вместо зубцов и присоединенного к нему сверху выпуклого перекрестья из двух широких пластин, обтянутого кожей. Вооружены двумя то ли короткими копьями, то ли длинными дротиками, простыми луками и мечами из железа. Я видел такой меч вчера у Сети. Принесли колесничие, убившие трех вражеских солдат, отошедших за добычей далеко от своего отряда. Меч был длиной около метра с довольно широким лезвием, расширяющимся в средней трети, а затем резко сужающимся в конце верхней трети, наверное, для утяжеления рубящего удара.

Весил килограмма три с половиной, может, больше. Железо мягкое, с вкраплениями шлака, плохо прокованное, но даже в таком виде более легкое и эффективное, чем бронзовые хопеши такого же размера. Щиты разные, от обычных круглых и похожих на чихнунские и египетские до имеющих полукруглые вырезы по бокам, как мне сказали, хаттийские — народа, проживающего где-то на территории будущей Турции, заклятого друга нынешних египтян. Построились четырьмя отрядами, видимо, каждый народ наособицу.

Я еще раз проверяю лук, натянув тетиву до уха, провожу ладонью по верхушкам стрел в колчанах, прикрепленных изнутри к бортам кузова, убеждаясь, что будет удобно доставать. Прикосновение к древкам успокаивает, придает уверенности. Пока у меня есть стрелы, не страшны никакие враги."

"Рев труб раздается неожиданно. Может, потому, что загудели они одновременно, без обычного разнобоя.

Наверное, трубачам тоже надоело томительное ожидание. Вслед за ними застучали барабаны. Эти сначала сбоили, но потом подравнялись, забили в такт. Первыми поехали колесницы в центре. Глядя на них, начали движение и фланговые.

Пентаур сперва стегнул вожжами лошадей, а потом только повернулся ко мне с безмолвным вопросом: «Поехали?». Я кивнул. На язык просилось выражение из детства: «Погнали наши городских!». Вот только не знал, как правильно перевести на египетский, в котором нет деления на городских и деревенских, только на богатых и бедных.

Колесница, набирая ход, покатилась, подпрыгивая на невысоких кочках, на врагов. Подбадривая себя и запугивая противника, колесничие и возницы начали орать, гикать, свистеть. Пентаур тоже заорал что-то на родном языке. Наверное, всё больше по матушке.

Колесницы — не такое уж и грозное оружие, если противник подготовлен и не труслив.