Когда откинулась заслонка и показалась совершенно спокойная, недовольная физиономия, Мазур молниеносно выбросил руки с растопыренными пальцами. Вертухай задергался поначалу, но тут же захрипел, обмяк — лицо попало в железные тиски, все десять пальцев оказались при деле, крючками зацепив под челюсти, за болевые точки ушей, два вошли меж надбровными дугами и глазными яблоками.
Приблизив лицо вплотную, Мазур тихо сказал:
— Дернешься, сука, глаза выдавлю. Понял? Понял, нет?
— Уыы-о…
— Значит, понял, — спокойно продолжал Мазур, ни на миллиметр не ослабив захвата.
Караульный придушенно взвыл. Судя по скребущим звукам, он лихорадочно пытался попасть ключом в замок.
— Медленно, — сказал Мазур грозно-ласково.
Замок тихонько лязгнул.
— Ага, — сказал Мазур удовлетворенно. — Теперь вынь замок, брось, так, чтобы я слышал, под ноги себе брось…
Стук упавшего замка. Мазур мгновенно отнял руки, ребрами ладоней ударил повыше ушей. Караульному хватило. Он еще оседал на пол, а Мазур уже толкнул дверь и вылетел в коридор. Для верности ударил еще раз — ногой. Босая пятка — хороший ударный инструмент, фильмы тут нисколечко не врут.
Чуть пригнувшись, приняв боевую стойку, прислушался. Тишина. Вертухай лежит неподвижно, доведенный до нужной кондиции. Мазур взял прислоненный к стене карабин — КО-44, охотничья переделка военной модели, неплохая вещь — быстро передернул затвор.
Патрон не вылетел. Мазур передернул еще раз. И вновь не увидел патрона. Нажал защелку, заглянул в магазин. Пусто. Припал на корточки, в темпе охлопал карманы караульного. Ни единого патрона. Обыскал быстренько — сигареты, спички.
По привычке держа на изготовку бесполезное оружие, тихо прокрался к двери. Чуть-чуть приоткрыл — петли прекрасно смазаны, даже не скрипнула…
Тишина. Поодаль позвякивает цепью пес — судя по звукам, аппетитно лопает обед, возя мордой миску по траве. Рот у Мазура невольно наполнился слюной — принесло запашок жареного мяса, должно быть, кухня неподалеку. И ни единого человека вокруг.