- До чего же наивно! - хмыкнул Савелий.
Он попытался представить ситуацию, при которой ""Вор в законе"" обратился бы в правоохранительные органы по собственной инициативе, и не смог. Наверное, поэтому Амиран и оставил эту кассету ему. А может быть, и предчувствовал, что его могут убить. Если верно второе, то Савелий вправе на него бочку обиды катить: почему Амиран не поделился своими предчувствиями с ним, Савелием? Не доверял? Вряд ли. Скорее всего, гордый кавказец постеснялся признаться, что чувствует беду: еще подумают, что он труса празднует! Вот глупый! Это не трусость, а разумная предосторожность!
- Стоп! - сам себе скомандовал Савелий и вернул запись чуть назад.
- Какой ужас! - невольно воскликнул Савелий, услышав рассказ Слюнявого о том, кого приказал убрать Джанашвили, и голос самого Амирана-Мартали...
Выходит, у Амирана были и жена, конечно, гражданская, и ребенок. Выходит, гордый кавказец сам и снимал эту кассету! Боже, какой кошмар он пережил, узнав, как погибли его родные люди! Каких сил, какой выдержки стоило ему так спокойно задавать этому подонку вопросы! Нужно поинтересоваться судьбой этого Слюнявого: наверняка либо пропал без вести, либо отправился в ад.
Теперь Савелий твердо был убежден, что смерть Амирана на совести лысого Нуги.
Теперь ясно, что лысый Нуга наверняка получил от Амирана эту вопиющую об отмщении кассету.
- Думаешь, убрав со своего пути Амирана-Мартали, ты оказался в полной безопасности? - Савелий так сильно стиснул скулы, что его зубы скрипнули. Ошибаешься, мразь, теперь у тебя не просто большие проблемы, теперь тебе предстоит самый настоящий кошмар, и он кончится лишь тогда, когда ты провалишься в ад, который покажется тебе раем! И этот кошмар обеспечу тебе я, Савелий Говорков, по прозвищу Бешеный!.
Если бы в этот момент кто-то наблюдал за Савелием, то у него бы наверняка пробежал мороз по коже, и вряд ли кто-либо на свете позавидовал бы теперь Нугзару Джанашвили...