Бахрушин без труда доказал, что не напрасно получает свой солидный оклад, положенный ему Джанашвили: через три дня главный охранник доложил шефу, что нашел следы Велихова. Для этого ему понадобилось прошерстить чуть ли не всех своих информаторов, потратить на них несколько тысяч долларов - и тогда один из чиновников президентской администрации проговорился: дескать, слышал, что дочь Президента часто звонит в Париж и что разговаривает она не с кем иным, как с Велиховым.
Для зацепки Бахрушину и этого было достаточно.
Получив по электронной почте фотографии Велихова и его версальской виллы, Бахрушин поспешил к шефу, чтобы доложить, что его задание выполнено.
А Велихов, которого для порядка постоянно сопровождали повсюду несколько человек личной охраны, не предчувствовал никакой опасности. Он знал, что Интерпол объявил его персону в международный розыск. Но, чтобы не попасть ищейкам из международной полиции на глаза, достаточно было не вести общественно значимой жизни: не давать интервью, не участвовать в каких-либо политических акциях или благотворительных мероприятиях. Аркадий Романович по-прежнему лично контролировал свой разветвленный многомиллионный бизнес, посещал театры и концертные залы, делал дорогие покупки на аукционах.
"Однако никому не приходило в голову, что этот невысокий, лысоватый человек в дорогом костюме, так непринужденно садящийся в собственный ""Мерседес"" на Елисейских полях или на бульваре Монпарнас, - русский банкир, из-за афер которого пострадало множество людей, и что этот человек фактически нелегально живет во Франции и разыскивается Интерполом как особо опасный международный преступник.
Так совпало, что и Велихов испытывал постоянное неудобство от того же человека, что и Джанашвили: ему тоже костью поперек горла стоял Сергей Петрович Малютин. Правда, сам Сергей Петрович об этом не догадывался, он просто делал свое дело, а на Велихове предпринимаемые им шаги сказывались лишь косвенно. Но и этого было достаточно, чтобы Велихов забеспокоился и стал принимать ответные меры...