Через несколько дней, когда бедная женщина немного пришла в себя, они собрали вещи и уехали в Махачкалу, где жил дальний родственник Наташи, офицер-пограничник. Оставив семью на попечение его жены (сам капитан почти безвылазно находился на службе), Мамет-хан хотел вернуться в родное село, чтобы начать поиски насильников, но тут-то его на автовокзале и подцепил Савелий, безошибочно угадавший, что у этого мрачно молчащего мужика с опустошенными грустными глазами случилось большое горе. Понемногу Савелий разговорил Мамет-хана и, узнав его страшную историю и откуда он родом, предложил ему объединить их усилия.
Савелий не стал ничего скрывать от Мамет-хана и объяснил, зачем ему надо быть в чеченском селе неподалеку от райцентра Ведено: по сведениям, которые ему добыл его названный брат Андрюша Воронов, майор ФСБ, там, на территории бывшего пионерского лагеря, находится основной учебный центр Хаттаба - чеченского командира, пожалуй самого фанатичного и жестокого поборника ислама на чеченской территории.
О нем стоит сказать особо.
Последние пятнадцать лет участвовал в различных вооруженных конфликтах: в Афганистане, Палестине, Ираке, Таджикистане. Владеет всеми видами стрелкового оружия, имеет репутацию классного специалиста минно-взрывного дела.
В Чечню Хаттаб приехал в 1995 году и возглавил отряд иностранных наемников ""Джамаат ислами"". От подчиненных он всегда требует беспрекословного повиновения и зачастую даже отбирает документы, чтобы боевики не смогли уехать без его ведома.
Хаттаб неплохо владеет русским языком, но с российскими журналистами всегда предпочитал говорить на смеси ломаного русского с арабским и английским, внятно выговаривая по-русски только два слова - ""собаки"" и ""свиньи"", которыми он характеризует русских и вообще всех, придерживающихся православного вероисповедания.
"Люди Хаттаба нанесли нашим войскам большой ущерб: именно Хаттаб организовал засаду у села Дачу-Борзой в апреле 1996 года, когда его наемники уничтожили батальон федеральных войск.