— Это мой воспитанник! В свое время я рискнул, доверив ему люггер — и не прогадал! — похвастался перед своими приятелями вице-адмирал.
— Я рад, что оправдал ваше доверие! — лизнул я в ответ.
— Расскажи, как захватил корвет, — попросил он.
Я пересказал то же, что было в рапорте. Добавил только, что сам командовал абордажной партией, умолчав о работе ножом. Не уверен, что эти действия сочтут достойными джентльмена."
"— А ты почему все еще коммандер?! — удивленно спросил Уильям Хотэм, увидев, на каком плече у меня эполет.
— Это вопрос не ко мне, — ответил я. — Наверное, я сделал недостаточно, чтобы получить чин полного капитана.
— Если ты сделал недостаточно, тогда я не знаю, кто достоин быть капитаном! — искренне воскликнул вице-адмирал и пообещал: — Завтра поговорю на счет тебя кое с кем. Напомнишь мне, Билли, — попросил он одного из своих собеседников.
— Да, надо поощрять достойных молодых людей, — пообещал тот.
— Ладно, иди к дамам, — отпустил меня Уильям Хотэм.
Дам было десятка полтора, но молодых и интересных — ни одной. За вечер я еще четыре раза пересказал, как захватывал корвет и бриг. Меня слушали внимательно, хвалили. Вот только ни одна из дам не посмотрела на меня, как на потенциального жениха. Слишком я беден для данного круга. Мой уровень здесь — аниматор, не выше. Впрочем, ужин стоил того, чтобы приехать сюда из пригорода. Даже если бы в Дептфорде нашлись повара, способные приготовить такие блюда, обошлось бы мне это намного дороже трех шиллингов.
Потом мужчины постарше отправились в библиотеку покурить, а остальные — танцевать с дамами. Все те же два притопа, три прихлопа, только музыка поинтереснее. Приглашать можно было кого угодно. У дам появились записные книжки, куда они заносили кавалеров, желающих потанцевать с ними. Запись велась на определенный танец. Поскольку я не курил и не хотел сидеть в накуренном помещении и поддакивать старшим товарищам, которые намного моложе меня, тусовался в холле.
— Желаете уехать, сэр? — спросил слуга, который руководил движением транспорта по двору.
— Да, — ответил я.
Слуга пошел искать мой кэб, а я остался ждать на крыльце — положение обязывало, хотя, если бы сам пошел искать, уехал бы быстрее и заодно согрелся.