Но вот прошло уже двадцать лет и… — Тимохина прерывисто вздохнула, — и придерживаться своих убеждений становится всё сложнее. Особенно сегодня, — Лиля улыбнулась через грусть. В её голубых блестела влага, и я совсем растерялась. — У вас чудесная внучка. И такая красивая! Все ваши опасения небеспочвенные. Я бы сказала, что они имеют монолитную основу! Я даже представить боюсь, каково вам сейчас, ведь именно такой сюжет привёл меня к… ну, вы поняли, — оборвала себя иная. И тут же улыбнулась. — Что это мы всё «вы», да «вы»?! Может, перейдём уже на «ты»?
— Я только «за»! — поддержала смену темы, становясь возле воткнутого в доску ножа, пока Лиля отошла помыть руки.
— Не всё, — довольно усмехнулась Лилия, хитро покосившись в мою сторону. — Но их уже ты будешь делать… — в трапезной послышались лёгкие мужские шаги. — Ты и Дарий.
Девушка подмигнула и юркнула за дверь.
Я дёрнулась было следом, но услышала голос Дария:
— Ты куда, Лали? Тарелка с бутербродами уже готова?
— Нет.
«Вот же… Сводники!» — возмутилась от души, будто ругнулась.
Зашла за стол, нервно сглотнула, опуская взгляд на корзину с немытыми овощами и тарелку с солениями.
Дверь скрипнула, и я схватилась за батон.
— Леди Таис? — удивился хозяин родового поместья, входя в царство своих слуг.
Я широко улыбнулась, пряча своё дурацкое волнение.
«Что это за ""нафиг""?! Вместе с молодостью ко мне вернулось буйство гормонов?»
— Доброй ночи, — как можно спокойнее, поприветствовала генерала, с появлением которого на кухне даже дышать стало тяжелее.
«Слишком он огромный!»
— Как… как продвигается создание очередного гениального изобретения Грини?
«Чёрт! Всё-таки запнулась! Совсем дурная… Спокойно, Тая! Ты же бывалая уже! К чему это глупое волнение?!»
— Наверное, практики давно не было…
— Почему же? — с удивлением спросил Дарий. — Практика Грегори не заканчивается вот уже двадцать лет, как он осознал себя.
— Планшет, — с облегчением сказала я, чувствуя, как дурацкие гормоны перестали душить меня количеством адреналина… и чего-то ещё.