Сейчас она не могла сосредоточиться ни на чем, кроме его рук и находящегося в опасной близи тела.
— То есть ты не намерен мне причинить боль? — преодолевая внутреннюю дрожь, спросила Майя. Руки Бориса давили на ребра, но это были пустяки.
— Нет, не намерен. Я хочу тебя. Очень сильно. С того самого дня, когда увидел в ""Жерле"", — Борис шумно втянул в себя воздух, который пропитался её запахом. — И раз сегодня моя ночь, я намереваюсь получить тебя, воробушек!
Если он рассчитывал, что его слова успокоят Майю, произошло с точностью наоборот.
Ей надо потерпеть…Немного…совсем немного…
Его руки были горячи. Они двигались, оставляя после себя красноватый след. Когда коснулись груди, расплющенной о матрас, остановились.
Майя перестала дышать, и крепко зажмурила глаза.
Почему он медлит? Почему продлевает её агонию? Почему просто не возьмет её?
— Ты думаешь, что я зверь? — внезапно голос Бориса раздался рядом с её ухом. Его перемещение она не заметила, и поэтому вздрогнула.
— Сандровский, я ничего не думаю, — я хочу домой, — честно призналась Майя, и услышала в ответ приглушенное рычание.
Если бы она чуть приподнялась или повернула голову в его сторону, то увидела, как исказилось лицо мужчины. И на этот раз не от ярости. Что-то отдаленно похожее на боль промелькнуло на его искалеченном лице.
— Домой, говоришь… — оскалился он. — Хорошо, очень хорошо!
Теперь в его голосе отчетливо слышалась угроза. Идиот! Нашёл с чем возиться! С сексом! Разве он забыл, что самкам не нужна его ласка и внимание? Лишь только член, загнанный по самое не хочу!
И Борис снова перекинул тело к основанию кровати, туда, где находились округлые ягодицы Майи.
Снова зарычав, больше не сдерживая себя, он одним точно рассчитанным движением, приподнял бедра девушки к верху и сорвал шелковые штанишки вместе с трусиками….
У Майи глаза распахнулись, когда холодный воздух коснулся ягодиц.
И едва не осязаемо чувствовала на бедрах голодный взгляд Бориса.
Она съежилась, приготовившись к быстрой атаке с его стороны.
А он снова медлил…Ему пришлось сжать руки в кулаки, потому что они внезапно задрожали. Сейчас, когда Майя оказалась перед ним полностью обнаженной, он понял, что сошёл с ума. Что никакая сила не заставит его отказаться от Майи….
По крайней мере, здесь.
Сейчас.
Её запах усилился.