Он всегда четко знал, что испытывает в отношении той или иной женщины — влечение, симпатию или безразличие. Майя же выворачивала его всего наизнанку.
Вот он — момент торжества! Казалось, он должен ликовать! Он в ней! Он получил то, к чему стремился!
Но….
Ничего подобного Борис не испытал. Ему чертовски нравилось чувствовать, как её тугая плоть плотным кольцом охватила его член, сжимая внутренними мышцами. И одновременно его эгоистическое мужское ""я"" взревело от разочарования!!
Он ни хрена не сможет кончить, зная, что Майя ничего не испытывает!
Что из её горла не вырвется ни одного стона наслаждения!
Что она не будет подкидывать попочку ему навстречу!
Что она не кончит от его движений!
Что она не будет полностью его….
И Борис, проклиная себя и её запах, откинулся назад на пятки, выходя из девушки….
Пришла очередь Майи испытывать шок. Нет, с этим Сандровским невозможно иметь дело! Он вошёл в неё, проник в её лоно, что снова не так?
Разум девушки оставался абсолютно холодным.
Она повернула голову и впервые посмотрела на Бориса.
Они встретились взглядами, и Майю озадачило недовольное выражение на лице мужчины.
— Что…, - начала говорить она, желая знать, что происходит, но Борис перебил её:
— Повернись! — приказал он.
Майя хотела возразить, но потом вспомнила об их договоре послушания.
Она перевернулась и невольно испытала смущение. Одно дело, когда ты лежишь перед почти незнакомым мужчиной спиной, и другое дело оказаться с ним лицом к лицу и видеть его обнаженное тело, одновременно демонстрируя своё.
Но чего она совсем не ожидала, так это того, что её сердце забьется в ещё более усиленном ритме, когда её взгляд изучающе-медленно пройдется по телу Бориса.
Она начнет изучение с мощной шеи, переходящей в широкие плечи и крупную грудную клетку с развитой мускулатурой.
Ни одного изъяна.
Если не считать многочисленных шрамов и мелких ожогов.
Увидев следы боевого прошлого, Майя призадумалась.