Почему-то вспомнилось, как давным-давно к дому снизу подходил Сережа и бросал в окно камушки, вызывая Карамельку погулять. Какой счастливой и беззаботной она тогда была, какой влюбленной! Каким простым все казалось! Как бы хотелось вернуть то блаженное время!
Лиля приподнялась, откинула тюль – и в первую минуту даже не удивилась, увидев внизу Сергея с букетом роз. Не сразу сообразила, что он явился не из ее воспоминаний, а в самом деле стоит внизу.
Замахала рукой:
– Заходи!
И тотчас спохватилась: надо скорей встать, одеться, встретить его внизу, в гостиной.
Она так разволновалась, что шелковый халат то и дело выскальзывал из рук, пояс никак не завязывался – и Сергей опередил ее, взбежал наверх и распахнул дверь в ее комнату. Он даже не задумался, что это может быть неудобно – ведь столько раз входил сюда запросто и даже в окошко влезал.
Лиля смущенно набросила покрывало на постель:
– Сережа…
– Здравствуй, Карамелька… – Протянул букет. – Ну, узнала?
Еще бы не узнала! Но он изменился.
– Сколько же лет прошло, Сережа? – смущенно спросила она.
– Ну, если судить, глядя на тебя, то не больше месяца, – улыбнулся он. – А если на меня глянуть, вроде как целая эпоха прошла!
Сергей покосился в зеркало – и вдруг заметил на туалетном столике фотографию в рамке:
– О, Котька! Давно его не видел! Ничего о нем не знаю.
– Он погиб еще в 76-м, – тихо ответила Лиля. – Официально считается пропавшим без вести, но известно, что его самолет разбился над… над чужой территорией. Понимаешь?
Сергей мрачно кивнул.
Чего тут непонятного? Самолет Кости совершал обычный стратегический полет. Произошла какая-то неполадка, самолет рухнул, разбился. Но никто не мог приземлиться там же и забрать Костин труп. Чужая территория! И… война.
– До сих пор не могу свыкнуться с этой мыслью, – продолжала Лиля.
Она глубоко вздохнула – всегда, когда речь заходила о брате, у нее перехватывало дыхание.
– Мне жаль… – пробормотал Сергей, беря Лилю за руку. – Я ничего не знал.
Он смотрел, смотрел – и постепенно в глазах его жалость и сочувствие сменялись чем-то другим…
Лиля отдернула руку:
– Не смотри так.