Таверна «Хитрая свинья», или Котлета для генерала

Тем более что, в отличие от помидоров, кое-какие специи на рынке имелись. Для приготовления персидского супа мне понадобится:

оливковое масло, лук, куркума, белая фасоль, красная фасоль, нут, чечевица, перец, петрушка, укроп, шпинат, зеленый лук, лимонный сок, сметана и лингвини.

Лингвини – это лапша, которую я смогу приготовить сама. Куркуму придется чем-то заменить, так же, как и оливковое масло. Но все равно будет вкусно! В этом я была уверена.

А еще я приготовила себе парадно-выходной наряд. Мне нужно было быть красивой на «свадьбе» генерала Эджертона.

Средств на новое платье у меня не было, поэтому я купила кружева, чтобы немного обновить одно из старых платьев. Вышло неожиданно свежо и красиво! Рукава с заплатами пришлось укоротить, но кружева как раз дополнили их. Лиф тоже приобрел совершенно другой вид, украшенный подобным образом. А на юбке, в том месте, где имелась потертость, я пришила милый кармашек, в который можно было положить нужные мелочи.

Герцог явился утром. Мы уже успели позавтракать, и я вышла на улицу с кружкой чая, чтобы взглянуть на свой огородик.

Но, услышав стук копыт, остановилась, догадываясь, кто это. В этот раз с ним не было Валлахана. Зато генерал привез с собой какого-то пожилого мужчину. Их сопровождала охрана из четырех человек.

– Доброе утро, леди Карлайл, – Эджертон спешился и склонил голову. – Я привез документы. А это нотариус сэр Титлоу, он заверит все документы своей печатью.

– Замечательно. Приветствую вас, сэр Титлоу, – я могла поклясться, что взгляд герцога был насмешливым и хитрым.

 – Пройдемте в дом.

– Приятно познакомиться, леди Карлайл, – нотариус поклонился. – Да, не будем затягивать.

Мы вошли в гостиную. Предложив мужчинам вина, я поднялась, чтобы переодеться. Все должно быть празднично. Надев обновлённый наряд и повязав волосы зеленой лентой, я сунула в кармашек договор о защите, а также его дубликат. Судья предупредил меня, что генерал наверняка привезет два комплекта документов. Взяла чернильницу с пером.

Пора.

– О-о-о… – протянул герцог при виде меня. – Вы очень милы, Пенелопа."

"Он смотрел на меня пристальным взглядом, в котором читалась откровенная заинтересованность. Эджертон оценивал меня как женщину, и в этом взгляде таилась не только проницательность, но и легкая ирония, словно он видел во мне всего лишь глупую куклу. Меня это ужасно бесило, но я, как всегда, мило улыбалась.

– Благодарю вас, ваша светлость, – я взглянула на бумаги, лежащие на столе.