А так я убью двух зайцев: и её любимое колье испорчу и при всех выставлю ее неудачницей. Может даже Ролдэн разозлится, что она его подарок испортила. Но на такое удовольствие я и не рассчитываю.
Я с трудом подрезаю крученую нить ножом: она оказывается довольно прочной и не хочет поддаваться. Мне нужно быть аккуратной, чтобы лишь подрезать несколько волосков, а не перерезать её полностью. Это просто ювелирная работа, потому что острый нож так и норовит разделить нить надвое.
А ведь сначала у меня была мысль полностью разрезать нить и склеить чем-нибудь недолговечным.
И тут раздается сигнальный свист. Я пытаюсь быстро уложить колье на место. Но оно словно назло мне никак не хочет ложиться так же, как лежало изначально. Я поправляю один конец, а другой тут же куда-то сползает. Уже нет времени, чтобы продолжать битву с украшением, и я оставляю его на бархатной подушке как есть. Я быстро накрываю коробочку крышкой и бегу к дверям.
Я едва успеваю захлопнуть дверь и перевести дыхание, как слышу игривый голос Марики:
— Иди к себе, дорогой, я сейчас прийду.
— Буду ждать, — так же игриво отвечает ей Ролдэн. Как жаль, что не мне. Брюки сегодня на нём смотрелись просто невероятно. Я вздыхаю: печально, что всё пошло не так, и теперь я сижу в кладовке со швабрами вместо того, чтобы игриво переговариваться с любимым мужем.
В платье в маленьком помещении очень неудобно, и я пытаюсь прижать юбку руками к себе, чтобы ничего не задеть.
Я вспоминаю, как сидела весь день в такой же каморке, пока меня искала разъярённая Алисия, чтобы наказать. Я взяла её заколку, пристроила в свои волосы и пошла хвастаться дочери кухарки. Та тоже захотела её померить, но я не отдавала. В итоге мы подрались и стали тянуть украшение каждый на себя.