Это для меня самая большая благодарность будет, – кивнув, вздохнул парень.
Кивнув в ответ, Костя развернулся и, подойдя к жене, принялся что-то тихо говорить ей. Собрав инструмент, Слава вернулся к своему транспорту и, достав из бардачка спиртовые салфетки, принялся оттирать руки. Потом, переодевшись в дорожный камуфляж, он быстро проверил, всё ли на месте, и уселся за руль. Ему очень хотелось побыстрее убраться от этого анклава. Уж очень много негативного здесь произошло. Но не успел он запустить двигатель, как у дверцы появился дежурный офицер и, тыча пальцем в сторону семьи, возмущённо спросил:
– Эй, а кто корыто битое отсюда убирать будет?
– У того корыта хозяин есть, – фыркнул Слава, поворачивая ключ.
"Прогретый дизель запустился с полуоборота, и парень, включив передачу, плавно тронул машину с места. Боец ещё продолжал что-то возмущённо говорить, но Слава уже не слушал. Проезжая мимо суетящихся у легковушек людей, он нажал на клаксон и, махнув им рукой, прибавил газу.
Умом он понимал, что все действия руководства анклава направлены на спасение тех, кто доверился им, но в душе всё протестовало против такой жестокости.
И хотя мобильная группа выезжала в эти места, осторожности парень не терял. Но всё обошлось. То ли военные уничтожили банду, то ли, получив отпор, они спрятались, чтобы зализать раны, но всё прошло спокойно.
– Фигасе, три в одном, – удивлённо проворчал Слава, сворачивая в указанную сторону.
Ночевать вне территории анклава в местах, где много посёлков и ещё больше всяких банд, он не хотел. Слишком велик был риск попасться на глаза очередным разбойникам.