Кончились твои Жорики… А чего рожа такая пришарашеная? Неужели привет от Максима получил?
Жемчужников подошел поближе к столу и сел в кресло напротив Грека. Затем посмотрел на стол и одна из вилок медленно поднялась в воздух. Пару секунд повисела там, а затем вдруг словно молния блеснула над столом и вонзилась Греку прямо в ногу.
— Сука! — заорал он от неожиданности и боли.
Семен схватил вилку, чтобы попытаться вытащить ее из ноги, но ничего не получалось. Вместо этого она входила лишь глубже, а кроме того еще и начала вращаться.
— Вытащи ее! — орал он и по его лицу градом катились слезы. — Твою мать!
— Как там тебя Максим называет? Спартак, что ли? — спросил Игнат, глядя как тот корчится от боли. — Я же тебе обещал, что если еще раз встретимся — пожалеешь? А ты не понял… Я всегда держу свои обещания, Грек…
Жемчужников еще немного понаблюдал за наемником, а затем вилка с легкостью вышла из ноги Семена, который за это время успел скатиться с дивана на пол и теперь трясся от рыданий.
— Ну почему никто и никогда не слышит моих советов? Говорил же, забудь про Темниковых, — сказал тем временем Игнат.
— Это не я, все Потапов… Кабан гребаный… — он сжимал руками свою ногу, а сквозь пальцы текла кровь. — Падла… Как же больно…
— Разве это больно, Спартак? Хочешь я тебе покажу, что значит больно на самом деле?
Греков вытаращился на Жемчужникова, который смотрел на него и улыбался. Вместе с этой странной улыбкой белый шрам на его лице выглядел жутко до безобразия.
Он перевел взгляд на вилку, которая совершала над столом сложные пируэты и вдруг полетела прямо ему в лицо. Семен закрыл глаза ожидая нового приступа боли, но… Ничего не произошло.
Это что такое, смех что ли? Этот урод смеется? Больной на голову ублюдок… И после этого кто-то в этом городе считает его психопатом?! Да этот придурок даст ему сто очков вперед по ненормальности!
Греков открыл глаза и увидел прямо перед своим лицом вилку, которая висела в воздухе всего лишь в нескольких сантиметрах от его правого глаза.
— Слушай сюда, червяк, — прошипел Игнат и вилка пулей отлетела на пару метров от лица Семена. — Сейчас ты будешь отвечать на мои вопросы, а я буду думать, что с тобой делать дальше. От того, как у нас сложится разговор, будет зависеть твоя дальнейшая судьба. Ты понял?
— Понял… — простонал Грек, сжимая ногу. Никакого желания строить из себя крутого парня у него не было.