Пусть только с ней все будет хорошо… — он всхлипнул, от переполнявшей его горечи. — Стану делать вид, что ее не существует. Но мне надо, понимаешь, надо, чтобы она была!
Конь недовольно дернул ухом. Ему не было дела до человеческих переживаний.
А дома Джера встретил разгневанный отец.
* * *— Где ты был? — старый Ормс расхаживал по кабинету, опираясь на свою любимую трость.
— Гулял. — хмуро отозвался паренек.
— Среди ночи. В лесу.
— Так получилось.
— Я отправил несколько человек прочесывать окрестности. Я чуть с ума не сошел от беспокойства! — старый граф стукнул тростью о каменный пол.
Джер потупился. Отец злился крайне редко, но когда такое случалось, его не стоило перебивать.
— Не забывай, ты мой единственный сын. Единственный наследник по крови! — Ормс поморщился и потер левую половину груди. — Если подобное повторится, прикажу посадить тебя под замок.
— Прости…"
"Ответом ему был тяжелый вздох.
— Ни о чем не хочешь мне рассказать?
Джер мотнул головой. У него не было сил на разговоры по душам. И совсем не хотелось говорить о причинах отлучки. По лицу графа пробежала тень.
— Иди к себе. И ты наказан. Восемь дней будешь помогать в конюшне.
Паренек пожал плечами. В конюшне, так в конюшне. Где угодно. Лишь бы это помогло выбросить лишние мысли из головы.
* * *После встречи с Джером, Лианне стало немного лучше. Совсем чуть-чуть. Но уже то, что девочка сделала несколько глотков отвара из шиповника и рябины, Алес посчитала хорошим знаком.
— Значит, Морес думает обо мне. — Лия задумчиво смотрела на балдахин. — Если я умру, ему будет плохо?
— И не только ему. — осторожно намекнула женщина. — Джер готов был стоять на коленях всю ночь, лишь бы я пустила его к тебе.
Она не собиралась рушить чужие иллюзии прямо сейчас, но надо было отдать должное пареньку. Увы… Лианна сделала из ее слов свои выводы.
— Только Морес мог заставить его, пойти на такой шаг.
— Будет просто убит, если ты не станешь бороться с болезнью. — выдохнула женщина, мысленно махнув на все рукой.
Она подозревала, что в будущем еще пожалеет об этих словах, но сейчас надо было продержаться до приезда Альмы. Любой ценой.