И все же в Бекингеме было нечто лишавшее Екатерину покоя. Опытный придворный, человек с благородными манерами, почтительный к своим сюзеренам, но гордый и несдержанный на язык, он не заботился о том, кого задевают его речи, даже если мишенью для острых стрел был сам всемогущий кардинал. Герцог не делал тайны из своей враждебности к Уолси, а тот по большей части пропускал выпады мимо ушей. Посмотрите на него хотя бы сейчас: он увлечен игрой масок и оживленно беседует со своей соседкой графиней Суррей.
Но это беспокоило Екатерину меньше всего. Больше ее тревожило другое: казалось, фрейлины что-то скрывают. Невозможно было не заметить взгляды, которые они тайком бросали на нее и друга на друга, к тому же Екатерина ощущала, что за ее спиной перешептываются. Она была уверена: все это ей не померещилось.
На следующее утро во время прогулки по саду она спросила леди Солсбери:
– Маргарет, что-нибудь случилось? Пожалуйста, не притворяйтесь, что ничего не происходит. Я уверена, что люди косо смотрят на меня.
У Маргарет был такой вид, будто она готова провалиться на месте.
– Ваша милость, вы правы, кое-что есть, и я бы предпочла, чтобы об этом вам сказал кто-нибудь другой.
– Так что же это? – Екатерина присела на каменную скамью и собралась с духом.
Щеки Маргарет порозовели от смущения.
– Бесси Блаунт родила королю сына.
Екатерина ахнула, у нее вдруг перехватило дыхание. Она почувствовала головокружение и подумала, что умирает. Люди иногда падают замертво, получая дурные известия, разве нет?
Она заставила себя сохранять спокойствие и сделала несколько глубоких вдохов.
– Это правда? – шепотом спросила она, с трудом выдавливая из себя слова и прекрасно зная ответ.