Есенин, маниакально отслеживающий всё, что о нём пишется, с какой-то поры не мог не заметить, что слишком часто оттаптываются на нём обладатели не совсем русских фамилий.
В газете «Дело народа» (№ 21 за 1918 год) Соломон Альгрен, цитируя есенинские строчки «Пою и взываю: / Господи, отелись!», иронически именовал это «адамантами и перлами поэта Есенина» и призывал: «Господи! Угомони!»"
"В журнале «Вестник шанявцев» (№ 5 за тот же год) Николай Янчевский, говоря о Есенине и его крестьянских сотоварищах, язвил: «…стихи их не народные, а „под народ“, и не для народа, а для любителей „пейзан“ даже в революции».
В журнале «Пролетарская культура» (№ 6 за 1919 год) Павел Лебедев-Полянский отчитывал Есенина за поэму «Преображение»: «Ни один серьёзный и последовательный коммунист не сможет примириться с желаниями автора „Преображения“; коммунист не ищет „голубого покоя“, он горит огнём красного энтузиазма и творчества…» — и продолжал: «Возможно, что любители такой „изысканной“ поэзии кривляющихся интеллигентов есть; но рабочему классу она совершенно не нужна.
И, подумать только, какой высокомерный тон брали!
В журнале «Жизнь искусства» (№ 451 за 1919 год) Александр Беленсон (настоящая фамилия Бейлес), набрав подходящих цитат из Есенина и обыгрывая самоназвание «банда имажинистов», иронизировал: «…вот примерный „порядок дня“ пришедшего в революционный мир великого поэта: зачислиться в банду подобного коллектива, флиртовать с коровами, затем коварно вступить в брак с овцой и закусить всё это половиной собственной ноги, другую — великодушно пожертвовать истощённым блокадой читателям.
В журнале «Вестник литературы» (№ 9 за 1920 год) Виктор Ирецкий (на самом деле — Гликман) печалился о тех же имажинистах: «В их душах, безмятежно пребывающих вне времени и пространства… пламенеет всё же необычная для нашей годины любовь к шутовским бубенцам и проявляется она в литературном бесчинстве… Особенно это раздражает у Сергея Есенина».