"
"За границей тему убийства Есенина могли бы спокойно запустить в медийное поле, причём не без выгоды, — если бы для того имелись хоть малейшие основания. Но как раз там спустя полвека после смерти Есенина не циркулировали даже мельчайшие слухи.
Задымилось, начало разгораться только в конце 1980-х. Василий Иванович Белов ласково подул — пламя занялось, поползло. Спустя десятилетие уже треск стоял: пылало так, что ресницы опаливало.
Ныне, отойдя на несколько шагов от пепелища, можно обобщить услышанное.
Сторонники, как правило, просто абсурдных, зато крайне навязчивых версий убийства Есенина делятся на несколько основных типов.
Люди глубоко и безоглядно религиозные, которые любят Есенина и от всей души хотят, чтобы он попал в рай.
Люди политически ангажированные, а если точнее — маниакальные антисоветчики, которые годами коллекционируют прегрешения советской власти, собирая и неустанно складируя и реальное, и мнимое. В их обширных концепциях, помимо всего прочего, развесистого и витиеватого, Есенин ненавидел советскую власть и втайне боролся с ней не на жизнь, а на смерть.
Люди с иными известными убеждениями, но складирующие уже не столько (или не только) преступления советской власти, но случаи иудейских преступлений против человечности и конкретно против русского народа. В этом контексте Есенин выступает в качестве ритуальной жертвы, наряду, скажем, с Николаем II.
Следующий тип — женщины, откровенно влюблённые в Есенина и охраняющие его имя от злых наветов.
Случаются также причудливые смешения всех перечисленных вариантов.
Наконец, имеются литературные профессионалы, отчасти ставшие заложниками когда-то выдвинутой версии.
Порой в убийство Есенина верят образованные и психически уравновешенные люди, просто не очень подробно знающие его биографию и только в общих чертах знакомые с его поэзией.